Ангел севера

Но для меня она была ребенком, а ее мольбы – просто лепетом о любви и мечтах… – Она склонила голову и промокнула глаза платком, который подал ей Люк. – Я виновата во всем, что случилось с Тасей.

– Не стоит искать виновных, – проговорил Люк. – Всем пришлось несладко. С Тасей теперь все будет хорошо.

– Да, я верю в это. – Мария Петровна поцеловала его в щеки по европейской моде. – Вам надо немедленно отправляться к ней.

– Да, я иду, – ответил он, склоняясь к ее руке. – Не беспокойтесь о дочери, госпожа Каптерева. Тася будет в полной безопасности в Англии… И будет счастливей, чем вы можете себе представить.

Тася и Биддл сидели в темном углу склада, где хранились корабельные грузы. Жизнь здесь почти замерла – лишь несколько отпущенных на берег матросов, рабочих доков да двое торговцев, спорящих насчет поврежденного товара. Забившись в тень, Тася с беспокойством ждала прихода мужа.

Биддл чувствовал ее растущую тревогу.

– Прошло еще мало времени, миледи. Он еще не мог добраться до острова, – тихо сказал он.

Она глубоко вздохнула:

– А если обнаружилось, что я исчезла? Тогда его попытаются задержать для допроса в полиции… Его могут обвинить в политическом преступлении против царя, и тогда…

– Он скоро будет здесь, – уверял ее Биддл, хотя в его голосе зазвучали тревожные нотки.

Тася застыла, заметив, что к ним приближается высокий человек в черно-красной с золотом форме корпуса жандармов – специального подразделения полиции, находящегося в подчинении императорской тайной канцелярии. Когда жандарм подошел ближе, на его усатом лице читалось подозрение. Он явно хотел узнать, кто они такие и что они здесь делают.

– О Боже! – прошептала Тася. Но она не поддалась панике. Молниеносно сообразив, что надо делать, она обернулась и обняла за шею удивленного камердинера. Не обращая внимания на его потрясенное восклицание, она прижалась губами к его губам и не выпускала беднягу из объятий, пока не подошел жандарм.

– В чем дело? – сурово осведомился он. – Что здесь происходит?

Тася с деланным ужасом отпрыгнула от Биддла.

– О, – задыхаясь, проговорила она, – умоляю вас, не рассказывайте никому, что мы здесь! Я пришла сюда на свидание к моему поклоннику-англичанину… Отец не любит его…

Подозрительность жандарма перешла в хмурое осуждение.

– Без сомнения, отец высечет тебя, если узнает, что ты тут делаешь.

Тася умоляюще смотрела на него, глаза ее налились слезами.

– О, прошу вас! Это наш последний вечер вместе… – Она снова подвинулась к Биддлу и уцепилась за его руку.

Жандарм оглядел тощенькую маленькую фигурку Биддла, явно не понимая, что в нем могло пробудить такую страсть.

После долгой мучительной паузы он смилостивился и грубовато велел Тасе:

– Прощайтесь, и пусть он уходит.