Я тебя искал

И трансцендентный этюд я фиг сыграю, конечно. Но это реально

круто.

Машина остановилась. Илья Королёв молчал, словно о чем-то задумался. Ваня уже собрался было открыть дверь, но тут… тут появилась женщина. Она вышла из дверей консерватории и направилась как раз в сторону их машины. Такая женщина…

Нет, Ваня никогда не заглядывался на дам в возрасте, он предпочитал веселых девчонок с курса. Вечеринки, клубы,танцы, хороший секс. На их концерты в подвале тоже собирались красотки,и тогда после выступления можно было замутить что-нибудь веселое. В общем, проблем с личной жизнью у Тобольцева-младшего не имелось, а потребности в постоянстве не было и вовсе.

Но тут… эта женщина в зеленом летнем платье с широким браслетом на запястье… сама элегантность… женщина без возраста… повернула голову, готовясь перейти дорогу… и словно стоп-кадр… исчезли звуки, люди вокруг, город… только она… тонкие руки убирали от лица прядь волос, разноцветная эмаль браслета переливалась на солнце… женщина медленно повернула голову в другую сторону…. А потом к ней подошли какие-то ребята, что-то ей говорили и в итоге увели в сторону.

Возвратились звуки, шум, голоса, сигналы клаксонов, сам город, реальность.

А рядом кто-то тихо покашливал. И Ваня вдруг понял, что это ему ненавязчиво намекают - пора, мол, освобождать салон «мерседеса».

- Слушай, - тихо спросил Ваня, - тебе встречались женщины, которые... ну вот увидел и все - сражен на месте?"

"- У нас в музыкальной школе была такая одна, попробуй по мытому пройди - сразит на месте.

Ваня вздохнул и сказал:

- Не разбираешься ты в женщинах. Ну все, бывай. Спасибо, что прокатил.

Он вышел из машины и, прежде чем закрыть за собой дверь, добавил:

- Я позвоню.

***

- Ну вот! – удовлетворенно выдохнул Виктор Рудольфович. – Вижу, вижу, что с арпеджио работал.

Илья лишь кивңул. Что ему ещё оставалось делать? Профессор Самойленко был тем человеком, которого Илья Королёв слушался беспрекословно и с суждениями которого не спорил.

- Α может быть, следовало тогда взять все-таки Листа?

Виктор Рудольфович моргнул. Нахмурил свой мощный лоб. И вдруг прояснел лицом.

- Ты все еще думаешь об этом, Илюша? – он подошел и совершенно отеческим жестом взъерошил Илье волосы. Тем самым отеческим жестом, которых давно уже не позволял себе родной отец Ильи и его тезка Илья Королёв–старший.

- Не то, чтобы думаю, – пожал плечами Илья и встал с табурета. – Просто мне тут один человек сказал, что, возможно, Лист был бы лучше.

- Кто этот человек? - тут же взволновался профессор Самойленко. - Он эксперт? Бывал членом жюри на международных музыкальныx конкурсах? Кто он, Илюша?

- Он… в некотором рoде эксперт, да, – уклончиво ответил Илья.