Я тебя искал

По крайней мере, своей жизни Илья Королёв без этого здания и этого памятника не представлял.

А пора бы. Учеба в консерватории окончена, диплом получен. Но для Ильи это - формальности. Связь не рвется, и он не хочет ее рвать. И приходит сюда – уже не так часто, как ещё полгода назад, но приходит, и не приходить не может. Вот и сегодня – с девяти утра и почти до четырех, с перерывом на обед – точнее, на кофе с булочкой в кофейне по соседству.

Повинуясь безотчетному импульсу, Илья поднимает голову. Так и есть. Из окна на него смотрит Виктор Рудольфович. Это окна его класса, и это его преподаватель.

Οни вместе уже десять лет. И расстались буквально десять минут назад. И буквально до завтра. Но Илья поднял руку и помахал своему учителю. Виктор Рудольфович помахал ему в ответ, а потом принялся возиться с оконной

рамой.

- Илюша! – у Виктора Ρудольфовича громкий, если не сказать – зычный голос. С третьего этажа он разносится по всей улице. - Не забывай, мальчик мой, левая рука в арпеджио не должна спешить, ты понял меня?

Илья не выдержал и улыбнулся. Потом кивнул.

- Что? - Виктор Рудольфович высунулся в окно.

– Что ты говоришь, я не слышу! Ты понял меня?

- Да.

- Громче говори! – преподаватель ещё сильнее высунулся в окно, одной рукой он держался за раму, другой излюбленным жестом разглаживал свои шикарные гусарские усы. – Скажи громче, я не слышу. Ты понял про арпеджио в Бетховене?!

Он сейчас вывалится, точно! Илья выдохнул и звонко крикнул.

- Да, я все понял про арпеджио в Бетховене!

Открылось соседнее окно - посмотреть, кто там орет под oкнами консерватории. Илья ещё раз махнул преподавателю, опустил голову и быстро пошел в сторону парковки.

Говорить громко, а уж тем более – кричать Илья Королёв не любил. Этому научил его отец.

Главные cлова произносят тихо. Самые главные – молча.

У машины крутился какой-то тип. Что не злоумышленник – было понятно сразу. Но Илья все-таки сбавил шаг, приглядываясь. А парень, ни на что не обращая внимания, разглядывал машину. Только что не облизывал.

Ну, все ясно.

Спортивный «мерседес», подаренный Илье отцом, нередко вызывал восторженную реакцию и у прохожих, и у других участников дорожного движения. Сейчас именно такой случай.

Но все хорошо в меру.

– Что ты делаешь около моей машины?

Человек разогнулся. Только тренированная годами привычка ничем и никогда не выказывать своих эмоций, оставляя их все инструменту, позволила не выдать удивления внешним обликом поклонника немецкого автомобильного концерна.

Не то, чтобы Илья первый раз видел подобный экземпляр. Но так близко и подробно – впервые, пожалуй. Не упустил случая изучить.

Гладко выбритые виски и длинная ассиметричная челка. В голове почему-то всплыло слово «ирокез».