Ангелы на льду не выживают. Том 2

Она включила лампу возле двери, чтобы найти тапочки, неосмотрительно бросила пакет с туфлями на пол, и металлические набойки даже через тонкий пластик глухо стукнули о каменную плитку, которой выложен пол в прихожей. Весь первый этаж, за исключением кухни и санузла, представлял собой зонированное открытое пространство – холл плавно перетекал в гостиную, гостиная – в столовую, между столовой и кухней – раздвижные двери, которые Настя все время держала открытыми.

Вот как раз из гостиной и донесся до нее звук, состоящий одновременно из оханья и скрипа диванной кожи.

– Аська, ты, что ли? Свет зажги, а то я не вижу ни фига, – раздался голос Чистякова.

 – Задремал тут, пока тебя ждал.

Она щелкнула всеми выключателями, влезла в тапочки и подошла к мужу, присела рядом, привалилась к его плечу.

– Я думала, что ты спишь, как положено приличному ученому человеку, в спальне, на удобной кровати, – пошутила она виновато.

– Нет, я, как приличный семейный человек, жду свою жену, которая по ночам работает, – улыбнулся Алексей. – Ну, как съездили? С пользой?

– Угу, – промычала она, блаженно прикрывая глаза.

Рядом с Лешей на нее всегда накатывали необъяснимая благодать и покой.

– Пацаны спят? – спросила она.

– Как убитые, оба. Петька даже домой не пошел. Упахала ты их, рабовладелица. Завтра, небось, опять впряжешься сама и их привлечешь?

– Насчет пацанов – не знаю пока, но самой, наверное, придется кое-что поделать.

– Тогда немедленно спать, – скомандовал Алексей.

– Не хочу! – Она еще крепче прижалась к мужу. – Леш, а давай чайку попьем на террасе? Ночь такая теплая, воздух вкусный, и спать совсем не хочется.

Чистяков слегка отстранил ее от себя и внимательно посмотрел Насте в глаза, потом усмехнулся и кивнул:

– Давай.

Иди переоденься, сними с себя этот старушечий прикид, а я пока чай заварю. Какой? Черный или зеленый?

– Какой-нибудь цветочно-ягодный, вкусненький, – попросила она. – И нечего критиковать мой наряд, он модный и элегантный, между прочим.

– Но выглядишь ты в нем ужасно! – рассмеялся Леша. – Злая вредная старуха. Знаешь ведь, как говорят: не страшно быть дедушкой, страшно спать с бабушкой. А мне, как любому нормально ориентированному мужику, хочется думать, что у меня молодая красивая жена.

Настя на цыпочках поднялась наверх, переоделась и вышла на террасу, где на столе уже стоял большой фарфоровый чайник и чашки. Из дома появился Чистяков, неся в одной руке миску с сухариками, в другой – тарелку с тонко нарезанным сыром.

– Даже ночное чаепитие должно быть красивым и правильным, – изрек он, разливая красноватый ароматный цветочный чай. – Аська, а ты знаешь, что после выхода в отставку ты сильно изменилась?

– Кто? – изумилась Настя. – Я? С чего ты взял? Я точно такая же, как была.