Автор её беременности

А так, без детей, нас может задержать разве что имущественный спор об автомобиле, но ладно, соглашусь на половину — нервы дороже. Разведусь и ребенку дам свою фамилию, чтобы никто не посмел мне указывать, как поступать с малышом!

Врываюсь в приемную молокососа. Его секретарша, с силиконом во всех стратегически-важных местах вздрагивает и испуганно смотрит на меня.

— Орлов у себя? — кидаю на ходу, размашисто пересекая приемную.

— Да, но Игорь Эдуардович занят и просил его не беспоко…

Окончание я уже не слышу, врываюсь в его дверь не то что без стука, а вообще, открыв чуть ли не с ноги. Подонок, в компании сильно размалеванной девицы в юбке по самое не хочу, сидит в зоне отдыха на диване непозволительно близко и очевидно шутит, вызывая на лице прелестницы милую улыбку.

Удар двери выходит знатный и оба голубка синхронно подскакивают на своих местах. Я решительно направляюсь к Игорю с самым зверским видом.

— Ой! — вскрикивает девица, и подорвавшись с визгом вылетает из кабинета. Зыркает оттуда испуганно на пару с секретаршей.

— Дверь закройте! — рявкаю я девушкам, подхватывая растерявшегося Орлова за грудки.

Во мне всё кипит и клокочет, в эту секунду я ненавижу сопляка, но не как подонка, испортившего жизнь девушке, а как соперника за эту самую девушку, и осознание того, что он изнасиловал ее в ту же ночь, накачав дрянью приводит меня в бешенство. Я бью его в морду, несколько раз, вкладывая в удары всю злость и накопившееся напряжение.

— Ты чего, Рус, охренел? — Игорь зажимает расквашенные нос и бровь, с которых льет алая кровь.

— Это тебе привет от Синицыной. Александры Филипповны! Помнишь такую? — я выпустил немного пар и теперь готов к более конструктивному диалогу.

Игорь в ответ лишь криво ухмыляется, размазывая кровь рукавом дорогого пиджака, поднимается с запачканного алыми брызгами дивана и ковыляет за рабочий стол. Роется в ящике, извлекая упаковку влажных салфеток. Прикладывает несколько к пострадавшим частям тела.

— Ты понимаешь, что ты человеку походя жизнь сломал? — я смотрю на этого малолетнего кретина и поражаюсь, насколько можно быть эгоистичным ублюдком, чтобы сотворить такое с девушкой.

— Не драматизируй, Рус. Сам-то не безгрешен. Первым оприходовал ее. И что-то тоже не озаботился ее желаниями и вменяемым состоянием!

— Я был уверен, что она пьяна! — рычу я, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на него вновь.

— Пьяная девушка — доступная девушка! Во-во. Твоя логика не далеко ушла от моей!

— Не передергивай! — угрожающе рявкаю я.

— А как ты узнал? Неужели Климович раскололся?

— Я заставил пройти ее обследование в клинике. И знаешь что, Игорь Эдуардович? Ты — настоящее дерьмо. И как человек. И как мужчина.