Бабочка в гипсе

У моего приятеля была подруга. Жили они вместе пару лет, всем довольные. Мадам имела мужа, поэтому о браке с любовником не заговаривала. Потом друг надумал жениться, ему сосватали хорошую девочку из богатой семьи, все катило к свадьбе. И тут у любовницы, а ей, скажем, было за сорок, умер супруг. И началось. Баба стала преследовать мужика со словами: «Ты обязан повести меня в загс». Ну с какой стати? Она уже бабушка! Приятель попытался отделаться от зануды, но матрона приперлась его шантажировать. «Поеду к твоей невесте, расскажу ей правду».

Арсений схватил салфетку и громко чихнул.

– Будь здоров, – пожелала я, – расти большой.

Помощник Льва Георгиевича почесал нос:

– Шеф в последнее время то кашляет, то хрипит, говорит, что у него аллергия на табачный дым. Приказал всем бросить курить, а тем, кто не согласился, пригрозил увольнением. Но что-то мне подсказывает: у босса вульгарная простуда. Я вот расчихался! Левчик теперь дикую дрянь в нос брызгает, она воняет анисом, а меня от этого запаха тошнит.

Я не успела дослушать до конца его жалобы, на столе завибрировал сотовый.

– «Макс», – не замедлил прочитать на дисплее Арсений. – Это кто?

– Знакомый, – я уклонилась от прямого ответа и взяла телефон.

– Давай встретимся? – весело заверещал Максим. – Есть кое-что интересное! Ты где?

– Ну… делами занимаюсь, – не слишком уверенно ответила я.

Не стоит рассказывать мужчине, с которым у тебя поздняя стадия конфетно-букетных отношений, плавно перетекающая в романтично-сексуальную, об ужине с другим представителем сильного пола.

– Желаете «Шато Эскем»? – бесцеремонно спросил официант.

– Не советую, – моментально отреагировал Макс, – во всей Москве не найти этого вина. «Шато Эскем» не выносит транспортировки, его продают исключительно в долине Луары. Возьми бутылку без понтов.

– Эй, это не то, что ты подумал, – зашептала я, – а исключительно рабочая встреча.

– А я чего? – прикинулся изумленным Максим. – Я не сомневаюсь. На дворе холодный февральский вечер, уже за восемь, как правило, именно в это время и проходят совещания.

Официант поставил передо мной тарелку и проорал:

– Ты в «Вивальди»! – слишком весело воскликнул Макс. – Лучшее место в городе для деловых встреч. Средний счет на одно скромно пожравшее лицо – около десяти тысяч рубликов. Ты когда-нибудь пробовала папироли?

Я глянула в тарелку: там лежали небольшие блинчики, посыпанные чем-то темно-бордовым, – и призналась:

– Шикарная вещь, – зачастил Макс, – но, к сожалению, наши люди не умеют ее правильно употреблять и теряют половину удовольствия. Поверь, папироли не похожи ни на манго, ни на взбитые сливки, ни уж тем более на мусс из вишни.

– Сколько их у тебя в порции? – осведомился Макс.

– Отлично! – невесть чему обрадовался он.