Бабочка в гипсе

– Однако Валентина не реагирует на внешний мир?

– И что будет с ней, никто не знает?

– Состояние стабильно тяжелое, – спрятался за привычную формулировку доктор.

Я поблагодарила его и продолжила путь. Ну почему сотрудники больниц никогда не высказываются прямо, бродят вокруг да около, произнося обтекаемые фразы: «Наметилась динамика», «Состояние соответствует перенесенной травме», «Больной реагирует на проводимое лечение»? Я хочу знать: Валя поправится или нет? Поэтому отвечайте просто: «Рублева непременно выздоровеет», – больше мне ничего не надо.

Ресторан «У бабушки Гусыни» явно пользовался у местных жителей популярностью: все десять столиков оказались заняты. Я подошла к барной стойке и увидела на стене, над шеренгой бутылок, черную доску, на ней аккуратным почерком девочки-первоклассницы было выведено: «Блюдо дня – гусь с яблоками и печеным картофелем». У хозяина трактира странное чувство юмора: Гусыня готовит гуся. Хотя она же бабушка: вероятно, сейчас на кухне разделывают одного из ее многочисленных внуков.

– Что желаете? – спросил бармен, протирая тряпкой полированную стойку. – Советую вишневое пиво, дамский напиток.

Я показала парню ключи от малолитражки:

– Спасибо, лучше кофе.

– Пьяный за рулем – смерть на дороге, – объявил бармен, подходя к кофемашине. – Никогда спиртное не налью, если знаю, что клиент на колесах.

– К сожалению, не все столь принципиальны, – поддержала я беседу, – кое-кому важна исключительно прибыль. Не подскажете, где найти Тима-плотника?

Юноша аккуратно поставил передо мной чашечку.

– В подвале он живет.

– И где вход? – спросила я, выкладывая на стойку купюру.

– Со двора, железная дверь, – проинструктировал меня бармен, – осторожнее, там посередине ступеньки не хватает.

Опустошив залпом крошечную чашку, я выбралась на улицу, проковыляла по обледенелому тротуару, нашла нужную дверь, преодолела лестницу, очутилась в полутемном подвале с низким потолком, по которому змеились трубы, и увидела дедушку, похожего на сказочного гнома.

– Ищешь кого? – неожиданно звонко спросил он.

– Тима-плотника, – ответила я.

– Считай, нашла, – прищурился «гном».

– Для меня у вас должно быть письмо, – сказала я.

– Может, и так, – кивнул дедуся. – От кого ждешь конверт?

– Имени отправителя не знаю, – призналась я, понимая, что ситуация идиотская.

– Саму-то как зовут? – не удивился дедок.

– Евлампия, – представилась я, – Романова.

– Царская фамилия! – восхитился «гном». – И имя красивое, старинное, православное, но для тебя почты нет. Ты напомни, в чем дело-то?

– Ключ для Мартина, – выпалила я.

– Девичья у тебя память, – хмыкнул старик, встал и исчез в недрах подвала.

Я опустилась на перевернутый вверх дном деревянный ящик и изучила интерьер.