Банда 4

— С полгода назад. Видишь ли, Паша; такие предложения не редкость, время от времени они поступают.

— От разных людей, так или иначе связанных с роддомом. Человек у меня есть свой в роддоме, так что, если желаешь, только скажи. Мальчика подберем, девочку... Можно рыженьких, темненьких, белесых... Даже вес можешь заказать...

Желаю, дескать, приобрести рыженького мальчонку не менее пяти килограммов весом.

— На дом доставят! — заверил Овсов. — А с этой хиленькой что случилось?

— Она за всю ночь ни разу не проснулась, — сказала Вика. — И вечером спала.

И сейчас не просыпается.

С ней что-то случилось, Степа!

Овсов подошел к девочке, попробовал пальцами живот, приподнял веко, разжал сжатый кулачок, всмотрелся в ладонь...

— А это видели? — спросил он, показывая ладошку Вике. — Младенец номер тринадцать.

И в самом деле, на ладошке явственно просматривались цифры, наведенные каким-то едким фломастером, таким обычно помечают посылки, отправляя их за три моря.

— Я боялась разбудить... — оправдываясь, произнесла Вика и виновато посмотрела на Пафнутьева.

— Меченый ребеночек, — пробормотал Овсов и решительно направился к выходу.

Выглянув в коридор, он крикнул чуть ли не на все этажи больницы:

Когда через минуту вошла сестра, Овсов не дал ей произнести ни слова.

— Срочно! В реанимацию! Анализы! Похоже, в дите вогнали какую-то заразу...

— Опять? — спросила Вера, молоденькая сестричка с круглыми глазами и вскинутыми бровями.

— Вера, ты не на митинге! Мы не выбираем президента, мы спасаем людей! От тебя не требуется слишком много слов! От тебя вообще никаких слов не требуется!

— Овсов был явно сбит с толку и раздражен единственным словечком, которое обронила сестричка.

Лицо ее покрылось красными пятнами, она, видимо, и сама не могла понять, в чем допустила промашку. Взяв ребенка, она быстро вышла за дверь, успев напоследок, уже из коридора, бросить на Овсова взгляд, полный слез и обиды.

— Опять? — вкрадчиво спросил Пафнутьев, хорошо расслышавший единственное слово, которое успела произнести девушка. — Значит, это правда? Значит, попадают к тебе такие вот спящие царевны, которые никак не могут проснуться? А, Овес?

— Я же тебе все сказал, Паша, — вздохнул хирург и опустился на кушетку.

 — Я все тебе сказал, — повторил он. — Случается, Паша... Скажи, ты в самом деле купил девочку?

— Мне действительно предлагали ее за три бутылки водки.

— Надо же, — Овсов протянул руку к тумбочке стола и вынул оттуда початую бутылку. — Ты, Паша, пил когда-нибудь финскую водку?.. Должен тебе сказать,продолжал Овсов, не дождавшись от Пафнутьева ни согласия выпить, ни возражения, — должен тебе сказать, Паша, — Овсов неторопливо достал стаканы, — это очень неплохой напиток. Наши северные соседи, похоже, разбираются...