Банкир

Но ведь вами поставлена задача вычислить код-ключ наверняка. Причем таким образом, чтобы владелец не знал, что мы имеем доступ.

— Это требует весьма серьезной проработки всей информации. Компьютеры справляются только с технической стороной вопроса. Ведь «замок» может состоять из какого угодно количества знаков-символов: это может быть и слово, и изречение, и цитата, и стихотворение, и даже картина. Любого из известных мастеров или благопридуманная тем оператором, что кодировал замок. С полной достоверностью дешифровать его может только гений. Да и тому нужно попасть как бы внутрь респондента, заглянуть ему в душу… И еще — нужно то, что называется озарением.

— Понимаю. Это — штучный товар.

— Это вообще не товар. Озарение или случается, или нет.

Магистр смотрел на этого скрюченного мужичонку, как психиатр на шизофреника. И почувствовал, что в данный момент «пациент» глядит именно на него, Магистра, так, будто… Темно-карие глаза, увеличенные толстенными линзами, смотрели искренне огорченно, словно… ребенок пытался что-то совершенно очевидное для него растолковать взрослому дяде, а этот «дядя» даже если и хотел, то не в силах был его понять.

Магистру на мгновение стало не по себе, как человеку, который не понимает, кто кого использует: человек кошку для ловли мышей, или же — кошка человека для того, чтобы жить в тепле, холе и получать ежеутренне свою мисочку молока…

Впрочем, Магистр сам создал это подразделение. Ему было совершенно наплевать, почему развалилась страна: он и сам бы мог назвать воз и маленькую тележку всех и всяческих причин… Но вот допустить, чтобы развалился Замок…

По его разумению, все пошло прахом, помимо прочего, из-за простого соотношения: один к четырем.

На каждого толкового аналитика в СССР приходилось четверо оперативников. Еще Иосиф Виссарионыч, опасаясь, что те, кто умеет думать, смогут и решения принимать, требовал только информацию. Без комментариев. Советские спецслужбы продолжили этот опыт: «добытчики», оперативные работники были основой практически всех спецслужб; ну а если спецслужбы и привлекали по тому или иному вопросу спецов-профессионалов из гуманитарных НИИ, их мнение подшивалось в папочку на случай, для будущей «отмазки» при провале: сами генералы, принимающие решения, как правило, в прошлом были оперативниками.

У американцев же соотношение было обратным: аналитики прорабатывали горы самого разнообразного материала и, уже объединив его с добытым оперативным, позволяли собственной сверхдержаве строить глобальную геополитику.

Повторять ошибок Магистр не хотел. Он создал, кроме чисто оперативных, и аналитические подразделения Замка:

«Дельта-Х» и «Дельта-0».