Банкир

Еще записываясь в регистрационный журнал, он обратил внимание на две фамилии:

«Михайлов» и «Савосин» — люди подъехали буквально вчера вечером, разместились в «полулюксе»… Или Магистр что-то мудрил, или… В любом случае непоняток Герман не терпел; Андрей Костин, так представился командир «Дельты», их не терпел также: любые несвязухи в их профессии таили угрозу. Переглянувшись, они поняли друг друга. Костин подошел к одному из спортсменов, прошептал ему на ухо, и тот с напарником исчез за дверью…

…Михайлов и Савосин припухали от сна и от скуки.

Командировка под Приморск в «мертвый сезон» да еще с невнятными задачами — не самый сладкий сахар… Когда тебя засылают «посмотреть, послушать и определиться на месте», возникает масса вопросов и ни одного ответа.

Тем не менее Сережа Михайлов развернул «походный бивак»: в него входили компьютер с шифратором и системой спутниковой связи и мини-пеленгатор. Володя Савосин обеспечивал, так сказать, силовое и «юридическое» прикрытие: он был действующим офицером Антитеррористического центра при ФСБ РФ и находился здесь в служебной и совершенно официальной командировке.

Приезд Дорохова накануне вечером они отметили просто как данность: мало ли задвигов у центровой московской фотомодели, и раз она притащила с собою какого-то паренька — с виду не то археолога, не то геолога, поросшего короткой бородкой, худощавого, широкоплечего, но никак не напоминающего мужчину на фото, на которого ориентировал их Гончаров. Тот — типичный «новый»: чуть полный, крупный, налитой, властный… Этот… Они сумели гостя «взять на объектив» ночью, мельком, в полупрофиль, но проводить компьютерную идентификацию им даже в голову не пришло.

Тем не менее они добросовестно зафиксировали посетителя…

— Помнишь исторический анекдот? — спросил Михайлов напарника уже под утро, когда тот лег вздремнуть малехо «в очередь».

— Про Мехлиса и генерала Черняховского.

— Как ты помнишь, молодому Черняховскому, его карьере, его независимости завидовали многие.

Тем более «полному генералу» еще и сорока не было. На него и Лаврентий зубы точил, да война шла и Иосиф полководцев берег. А Мехлис был в то время в самом большом фаворе, Черняховского просто ненавидел, да еще и мечтал выслужиться. Короче: приехал он инспектировать генерала на фронт. Покрутился и выдал непосредственно Сталину шифровку примерно следующего содержания: «Товарищ Сталин! В штабе армии налицо явное моральное и бытовое разложение.