Банкир

В школьном литературном курсе, как и в трудах бесчисленных грибоедоведов, в постановках классических и авангардных Молчалин — фигура, без сомнения, отрицательная: приживал, льстец и прочая бяка. А между тем… «Один Молчалин мне не свой, и то — затем, что деловой», — говорит о нем Фамусов.

Де-ло-вой. Умный, расторопный, вникающий в суть вопросов и умеющий доводить дела до конца! Блестящая характеристика! Что еще о Молчалине? «То моську вовремя погладит…» Чацкий произносит это уничижительно: дескать, Молчалин желает подольститься к «сильным» мира московского… А если он делает это искренне? Много ли нужно пожилым, усталым людям? Только внимание… Они успели утратить и молодость, и здоровье; внимание как раз и является тем лекарством, какое заставит кровь быстрее бежать в жилах, которое подтвердит их сегодняшнюю нужность, ненапрасность прожитой жизни — в трудах, в военных лишениях… Ведь Чацкий не находит ничего лучшего, как оскорблять стариков: «А судьи кто? — За древностию лет к свободной жизни их вражда непримирима, сужденья черпают из забытых газет времен очаковских и покоренья Крыма». Эти старики победили в войне, и, возможно, их суждения не так уж ретроградны и поверхностны, как представляется их критику, юному, румяному, злоречивому и… глупому. Да и что такого сделал Чацкий в своей «свободной жизни»? Болтался по Европам и балаболил? Злословный, язвительный в своем неуемном тщеславии самому быть судией всем, он и получает то, что заслужил: презрительное прозвище человека неразумного…

С какой энергией он обрушивается на Софью — только за то, что юная девочка отказалась любить его, отсутствующего фанфарона, и влюбилась в Молчалина…

Что еще? Ну да, самохарактеристика Молчалина, которая кажется литературознавцам «саморазоблачающей»: «В мои лета не должно сметь свое суждение иметь». А вот эту фразу — смотря как сказать! Что, если произнес ее Молчалин и-ро-ни-чно? Да к тому же скорее всего не доверяет он болтуну и пустомеле Чацкому, не желает ни о чем рассуждать с ним серьезно… Тот не замечает иронии и «чешет» себе дальше, слушая только одного человека — самого себя…

А он, Молчалин, их имеет, свои суждения, но не треплет языком, а поступает так, как считает нужным! Делает!

Бросаю взгляд на «визави»: если бы он узнал, какие идиотские изыски бродят сейчас в моей бестолковке, то охренел бы разом! А может… А может, и нет, и это я его недооцениваю. «Посторонние мысли» при «паузе» — специальном приеме, выводящем из равновесия человека, оказавшегося в неясной ситуации, являются спасительными: сохраняют свежесть восприятия и скорость реакции на любой поворот в «непонятке».

А голову уже ведет знакомый полухмельной накат.