Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

– Эти ссадины – они ведь не из-за работы с камнем?

– А… – Он замер, позволяя мне гладить разбитые костяшки, и вдруг спросил: – Брианна… Она ничего не говорила о том мужчине? Ты знаешь, кто это?

Я замешкалась – и этим себя выдала.

– Так ты знаешь? – В голосе отчетливо прорезалась недовольство.

– Она просила тебе не рассказывать! Я ей говорила, что ты обо всем догадаешься, но, Джейми, я дала ей слово, умоляю, пожалуйста, не заставляй меня!..

Он то ли насмешливо, то ли презрительно фыркнул.

– О да, я хорошо тебя знаю, саксоночка, ты не умеешь ничего скрывать. Даже малыш Иэн читает тебя как открытую книгу.

 – Он успокаивающе похлопал меня по спине. – Не переживай. Скажет сама, когда будет готова. А я подожду.

Джейми неловко стиснул перебинтованную руку в кулак, и по спине у меня побежали мурашки.

– Так откуда ссадины?

Он глубоко вздохнул.

– Помнишь, саксоночка, когда мы только встретились, Дугал однажды довел меня так сильно, что я чуть было на него не кинулся? А ты сказала: «Ударь по чему-нибудь, станет легче». – Он криво усмехнулся. – И я поколотил дерево. Было больно, но ты оказалась права. Не то чтобы мне полегчало, но немного отпустило – это да.

Я с облегчением выдохнула. Все хорошо, Джейми, похоже, не собирается устраивать мне допрос. Что ж, пусть ждет. Он, кажется, еще не понял, что дочь унаследовала его же упрямство.

– Она… она рассказала, как это случилось? – Заминка выдавала испытываемые им чувства. – Я имею в виду… Ее сильно мучили?

– Нет. Физически – нет.

Золотое кольцо тяжелым грузом оттягивало мне карман. Брианна просила лишь не раскрывать имени Боннета и на этом все, но я не собиралась пересказывать Джейми подробности случившегося… да он и сам не спрашивал.

Думаю, для него эта история стала бы худшим из кошмаров.

Джейми и впрямь промолчал – только пробормотал под нос гэльское ругательство и, опустив голову, зашагал дальше. Однако я не могла уже выносить это давящее молчание. Лучше взорваться, чем умереть от удушья.

– О том, как это ужасно… подвергнуться насилию… даже если без особой грубости…

Под курткой беспокойно заходили плечи, словно одежда вдруг стала ему тесна. Я отлично понимала, что сейчас у него на уме: тюрьма Уэнтворт и оставшаяся на память от нее паутина толстых шрамов.

– Думаю, это ужасно. Хотя, надеюсь, ты прав – это легче пережить, если нет явных последствий. Беда в том, что одно последствие у нас будет.

Джейми непроизвольно дернулся.

– Да. – Он странно посмотрел на меня – а может, просто кособокая луна так серебрила его лицо? – И все же… если он над ней не издевался, это одно. А вот если мучил… Тогда убить его мало! – резко закончил Джейми.

– Есть только один маленький нюанс: с беременностью уже ничего не поделаешь, – несколько язвительно сказала я.