Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

 – Дальше так, мелочи.

Нужные препараты я заготовила два дня назад, летом это не составило особого труда. Я отправилась в коптильню, где в клубах ароматного дыма от орешника висела оленья туша. Правда, интересовало меня другое мясо, не столь хорошо сохранившееся.

Отлично, все как раз созрело! Я взяла у двери небольшое блюдце и отнесла в дом.

– Фу! – тут же скривилась Брианна. – Это еще что за гадость? Воняет протухшим мясом.

– Это и есть тухлое мясо.

Точнее, останки кролика, угодившего-таки в мои силки.

Брианна еще держала Роджера за руки. Улыбнувшись про себя, я села на прежнее место, поставила рядом миску и потянулась за длинными щипцами.

– Мама! Ты что делаешь?!

– Это небольно, – заверила я, сдавливая стопу, чтобы приоткрыть один из разрезов. Выудив из вонючих кусков мяса маленькую белую личинку, я ловко вставила ее в рану.

Весь взмокший от боли, Роджер открыл глаза и приподнялся, пытаясь увидеть, чем я занимаюсь.

– Что там? Что вы делаете?

– Кладу в рану личинки, – пояснила я, не отрываясь от работы. – Меня научила одна индианка.

Со стороны изголовья послышался слаженный стон… но я крепко держала Роджера за ногу.

– Это очень эффективное средство. – Я запихнула в другой разрез сразу три извивающиеся личинки. – Иначе придется резать и все удалять вручную, а это не только зверски больно, но и рискованно – ты можешь остаться калекой. А так наши маленькие друзья съедят мертвую ткань, легко добравшись до самых дальних уголков.

– Наши маленькие друзья – личинки мясной мухи… – простонала Брианна. – Господи, мама!

– А что, собственно говоря, не даст им сожрать всю ногу целиком? – с нарочитым спокойствием поинтересовался Роджер.

– О, не переживай, на этой стадии личинки размножаться не могут. И живые ткани они не едят, только мертвые. Если пищи им хватит, чтобы пройти полный цикл развития, они превратятся в крошечных мух и улетят. Если нет – сами выползут.

Роджер и Брианна позеленели, сдерживая тошноту. Я замотала стопу марлевым бинтом и одобряюще хлопнула Роджера по бедру.

– Вот и все. Не волнуйся, я уже видела, как это происходит. Индейцы говорят, совсем не больно, только немного щекотно.

Блюдце я отнесла на улицу, чтобы хорошенько вымыть. В саду я встретила Джейми, тот вернулся из нового дома, держа на руках Рыжика.

– Вот и наша бабушка, – сообщил он малышу, вытаскивая у него изо рта палец и вытирая ниточку слюны краем килта. – Правда, она красивая?

– Гу, – согласился Рыжик и, уставившись чуть косящими глазками на пуговицу дедушкиной рубашки, принялся задумчиво ее посасывать.

– Смотри, чтобы не сглотнул, – предупредила я, поднимаясь на цыпочки и целуя Джейми, а потом ребенка. – А где Лиззи?

– Девочка сидела на бревне и плакала. Так что я забрал у нее парнишку и велел прогуляться.