Барон Серж де Сангре.

Не говоря ни слова ставит поднос на стол и уходит, забирая предыдущий. Скука, просто убивает. Хоть бы какую-нибудь молоденькую служаночку приставили, можно было бы немного пофлиртовать, или еще чего… так нет же. Барона я последний раз видел, когда мы заносили свои вещи в «номер». Потом он махнул мне на прощанье рукой и испарился, а я сиди тут и изнывай от тоски. Кроме как есть и спать, делать нечего. Второе в меня уже не лезет, такое ощущение, что я выспался на месяц вперед. Ладно хоть кормят хорошо и в вине не ограничивают, хотя, какое там вино, у меня бабушка компот крепче варила, а это так, слегка перебродивший сок. Зато в своей голове, я сделал еще одну зарубочку - осчастливить местных самогонным аппаратом. В общем, второй день я занимаюсь всякой ерундой, строю прожекты и тупо маюсь от безделья. Даже в окно не посмотреть, потому как здесь вместо оного, лишь небольшое вентиляционное отверстие, с два кулака размером. В общем, самая настоящая камера, а не комната. Не знаю, умышлено ли барон поселил меня именно здесь, или просто не объяснил толком своему приятелю кто я такой и что тут делаю. Знаю я только одно, после многословной и довольно эмоциональной встречи, барон буркнул Одноглазому: «мне надо отлучиться, присмотри тут за ним», и кивнул в мою сторону, «не надо, чтобы его кто-то видел и разговаривал с ним». Трактирщик сразу подобрался, неодобрительно покачал головой, заострив свое внимание на моих клинках и отвел меня в эту, с позволения будет сказать комнату. А барон исчез за дверью и вот уже второй день не дает о себе знать. В конце концов я решил, что если сегодня к вечеру барон не появится, то сидеть здесь и дальше я не будут, хватит. Я ведь первый раз в городе, тем более в столице герцогства, так что совсем не странно, что мне «вдруг» захотелось прогуляться. Своего, то ли телохранителя, то ли тюремщика, я ничуть не опасаюсь, не думаю, что он встанет грудью на моем пути к свободе, хотя задержать попытается, но только для проформы и очистки совести. Ну а пара золотых, сделают его еще более сговорчивым и менее решительным.

И вот, в тот самый момент, когда я принял это судьбоносное решение, в дверь кто-то постучал.

- Войдите, тут не заперто. – дверь моей камеры приоткрылась и в ней нарисовался мой тюремщик. Без смеха глядеть на этого, в принципе, неплохого человека, просто невозможно. Он стоит в дверях и мнется, как студентка-первокурсница на первом свидании. Наконец Пит смог разродиться.

- Ваша милость, господин барон, не держите зла, я ведь не знал, я не со зла. Я же думал, что как обычно, подержать пару-тройку дней да отпустить. Господин барон, конечно, в таких делах никогда не участвовал, но мало-ли, кровник какой, или совсем уж прижало… Я же не знал, что вы сын его кровный, наследник и продолжатель Рода.