Барон Серж де Сангре.

- А что тут рассказывать, Замок как Замок тут в округе таких много, разве что этот один из первых, так не велика честь. Вы же не хуже меня знаете, кто первым приходит на пустые земли, кто первым строит там Замки и кто начинает называть себя Лордом, графом, маркизом или даже герцогом. Мои предки были намного скромнее, поэтому и стали баронами, поэтому и существует до сих пор баронство Сангре и бароны де Сангре. А где все эти графы и герцоги, маркизы и конунги?

- Да нет, я не об этом! Неужели с вашим Замком не связано никакой легенды?

- Не знаю, не слышал, хотя… говорят, что Замок стоит на месте старых развалин, вроде как когда-то, задолго до того, как сюда пришли люди, здесь уже была то ли башня какого-то мага, то ли Замок, то ли целый город. Некоторые даже утверждают, что этот мифический город располагался на всех окрестных холмах. Раньше крестьяне и на самом деле иногда откапывали что-то такое, то кувшин, то горсть монет, то посох архимага, то еще какой артефакт. Что можно было, то пристраивали в хозяйстве, а что нельзя было, то продавали в городе, или заезжим магам, а то и в Академию, как тот же посох. А почему ты об этом спрашиваешь?

- Да потому, барон, что я привык держать свое слово. И скажу тебе сразу, помочь твоему сыну можно, это невероятно сложно, но возможно. И помочь в этом может твой Замок. Дело в том, барон, что твой Замок… живой. У него есть душа, очень слабая, но она есть и именно она не дает твоему сыну умереть. Прежде чем взяться помогать твоему сыну, я должен знать, что с ним произошло. Знать правду, а не то, что знают все. Расскажите мне все, барон. В любом случае, утром я уйду, не завтра утром, так послезавтра, уйду в Проклятые земли. Вместе со мной уйдет и ваша тайна.

- Да нет тут никакой тайны! Только страх и стыд. Маг, мне сорок восемь лет, моему сыну, сейчас уже должно быть семнадцать. Жене, когда она его родила было двадцать восемь, а женился я в шестнадцать. Я привез Алику из Проклятых Земель, в нашем роду, все мальчики и мужчины, достигнув четырнадцати лет, начинают ходить в Проклятые Земли, сначала в сопровождении отца и старших братьев, потом с друзьями и надежными воинами, а потом и в одиночку. Я начал туда ходить в одиночестве, когда мне только-только исполнилось пятнадцать, так что, к шестнадцати годам я уже был довольно опытным искателем. Алике было тринадцать, когда я ее встретил. Она ничего не знала и не помнила, я подобрал ее на останках растерзанного монстрами каравана. Она лежала там, вся израненная, в крови, но живая. Я привез ее в Замок, матери она сразу понравилась, да и отцу. Через год она стала моей женой. Почти пятнадцать лет мы пытались зачать ребенка, мне нужен был сын, наследник, следующий барон де Сангре.