Барышня и хулиган

Остаток вечера взвешивали наши шансы, они не радовали.

— Ладно, — потягиваясь, заявил Мишка, поднимаясь с дивана. — Давай спать. Завтра во что бы то ни стало надо отыскать бородатого на «Понтиаке» и всерьез браться за этого Илью.

— Конечно, — засуетилась я, и мы вместе поднялись в спальни, Мишка пожелал мне спокойной ночи и удалился, а я, закрыв дверь, припала к ней ухом, с намерением определить, останется Мишка дома или наденет костюм. Спать он точно не ложился. Я слышала, как он бродит у себя, затем вышел из комнаты, осторожно прикрыв дверь, и начал спускаться по лестнице. А я заревела, потому что после слов, сказанных утром, кинуться вдогонку не могла, а между тем было мне так обидно и горько, что хоть из окна выбрасывайся.

Конечно, до этого не дошло, но чувствовала я себя исключительно несчастной, сидела на кровати, обхватив подушку, и тихонько поскуливала, размазывая слезы до тех самых пор, пока дверь не открылась и не появился Мишка.

— Ты чего ревешь-то? — удивился он, я с облегчением вздохнула, потому что в костюм он не облачался, ходит себе в халате.

— Это я из-за дядьки, ну, что сегодня приходил, — вытерев нос, соврала я.

— А чего из-за него реветь?

— А-а… — Мишка хмуро поглядел на меня, потом спросил:

— Лучше здесь, — кашлянув, ответила я. — И одеяло не приноси, чего его таскать туда-сюда… Слушай, может, стоило этому милиционеру все как есть рассказать, ведь фактов уже достаточно. Теперь что же выходит, я, то есть Катька, здесь, а ее вовсе нет и все ужасно перепутывается. Как же они смогут найти убийцу?

— Найдут они, как же, месяцев через десять, а мы здесь под боком… — Мишка снял халат, лег, и я осторожно опустилась рядом, он меня обнял, но вполне невинно, а моя голова оказалась на его плече, это вышло как-то само собой. — Ну их всех к лешему, — заявил Мишка, и я мысленно согласилась с ним.

Вместо того чтобы с утра пораньше охотиться за «Понтиаком», мы спали часов до десяти, а в одиннадцать раздался звонок в дверь и начисто спутал все наши планы. Но лучше по порядку.

Мишка проснулся в восемь, как обещал, и разбудил меня, но сразу подняться не получилось. Эти два часа я выпускаю, как не имеющие к данной истории особого отношения. В общем, после десяти мы встали, я пошла готовить завтрак, а Мишка бриться, и вот тут в дверь позвонили. Я насторожилась и, поразмышляв немного, бросилась к Мишке, потому что мы никого не ждали, а после вчерашнего визита сердце мое было все-таки не на месте. Шальнов натянул халат и потопал к двери, а я принялась кусать губы и молиться.

— Здравствуйте, Михаил Степанович, — услышала я женский голос и чуть не подпрыгнула, потому что узнала его сразу, это чертова бизнесвумен Эмма.