Барышня и хулиган

Ничего из предметов искусства похищено не было. Я его адвокат, и поэтому правоохранительные органы сразу обратились ко мне.

— А деньги? Вряд ли он хранил их на счетах в Госбанке.

— Нет, не хранил. Но и дома их не держал, хотя болтали, что у него миллионы в матрасе зашиты. Но это все чепуха, у него в доме даже сейфа не было. Человек, решивший его обокрасть, жестоко бы просчитался… — В этом месте Аркадий Викторович вдруг нахмурился и спросил:

— Простите, как вы сказали зовут вашу сестру?

— Екатерина Иванова.

— Екатерина Юрьевна?

— Да, — насторожилась я.

— Невероятное совпадение. Я ведь собирался с ней связаться по поводу завещания.

— Завещания? — открыл рот Мишка.

— Да. Практически все Данила Игнатьевич оставил своей дочери, коллекцию монет местному музею, а Ивановой Екатерине Юрьевне, проживающей по улице Комсомольская, дом семь, квартира три — тридцать тысяч долларов.

— С какой это стати? — опешила я.

— Ну… думаю, в знак благодарности… Простите, это лишь мои догадки, я ранее никогда не видел вашу сестру. — Мы с Мишкой переглянулись и поторопились проститься. — Подождите, — заволновался Аркадий Викторович. — Если ваша сестра погибла… — Но мы уже ничего не слышали.

— Какая я дура, — взвыла я, садясь в «девятку». — Ведь этот самый Данила Игнатьевич звонил Катьке и спрашивал, не изменились ли у нее планы. Он ждал ее на даче. Конечно. И Зинка говорила про старикашку, помнишь? В тот день, когда я приехала, Катька должна была с ним встретиться.

Мишка зло засмеялся и покачал головой.

— Вот почему убили Палыча. Ну, Катерина… не тем будь помянута. В квартире Палыча и в его кабинете убийца наверняка искал бумаги, из которых становилось ясно, кому он передал долговые расписки.

— Какие еще бумаги? — заволновалась я.

— Вот что, сиди в машине, а мне нужно позвонить.

— Пора вспомнить о старых связях, — хмыкнул Мишка. — И для начала узнать точное время гибели этого Данилы.

Телефон обнаружили по соседству, Шальнов стал звонить, а я вертелась рядом. Очень много времени он потратил на глупую болтовню, прежде чем сказал:

— Вова, у меня вот какая просьба. Несколько дней назад скончался Саврасов Данила Игнатьевич, антиквар…

— Точно, — перебил неведомый Вова. — Только не скончался, кто-то помог старичку перейти в мир иной. Сработано под несчастный случай, можно сказать, виртуозно, но экспертизу не обманешь. Сначала ему сломали шею, а уж потом столкнули с лестницы. А тебе зачем?

— Он моей бывшей супружнице наследство оставил. А когда предположительно наступила его смерть?

— Сейчас скажу… так… между десятью и одиннадцатью часами вечера. В прошлый понедельник, да, так и есть.

— Теперь точно срослось, — заявил Мишка, вешая трубку.

— Что у тебя срослось? — начала злиться я.