Яромира. Украденная княжна

Хватило одного лишь взгляда, и Ивар клацнул зубами, но рот закрыл.

Впрочем, ненадолго.

Когда конунг перебрался на второй, захваченный во время битвы корабль, на котором находились взятые в плен воины, Ивар вновь заговорил.

— Твердая рыба, и то была лучше, чем эти помои, — пробормотал он.

Но не слишком громко.

Яромира перехватила осуждающий, недовольный взгляд Олафа, направленный на него. Вот была бы удача, коли Харальд оставил бы племянника на берегу на этот раз. На корабле было бы тише и спокойнее.

Уже после, когда Яромира готовилась к ночлегу, она уловила тихие, крадущиеся шаги.

Но доски не скрипели лишь под сапогами конунга, и потому она услышала, как Ивар приблизился к ней со спины, и успела не только обернуться, встретившись с ним лицом, но и поудобнее перехватила нож.

— На берегу ты будешь сама за себя. Никому не будет до тебя дела. Ни дяде, ни старику Олафу. Никому, — выплюнул Ивар презрительно.

— Я не рабыня, которую привезли из набега, — Яромира вскинула пушистые брови. — Я нужна конунгу для обмена с моим отцом.

— Этот союз нужен только дяде, — его голос стал похожим на шипение змеи. — Знаешь, сколько найдется тех, кто с наслаждением перережет тебе горло, если это поможет держаться подальше от грязных русов? Ты не нужна.

Как не нужен и твой отец, и этот союз… и дядя очень скоро это поймет."

"Процедив это, Ивар тотчас ушел, и Яромира вновь осталась в одиночестве. Она тряслась от страха и долго не могла уснуть, все прокручивая и прокручивая в голове его жуткое пророчество.

А утром вдали впервые за долгое время показалась земля.

Они прибыли на заснеженную родину Харальда.

Встречать конунга на берегу собралось все поселение. На корабле Яромира стояла позади всех воинов, не решаясь отойти от кормы, и потому силуэты людей выглядели для нее лишь расплывчатыми точками.

Над водой отражались радостные, громкие, оживленные голова. Жены звали по именам мужей, дети просились к отцам.

Сердце у княжны защемило, и к глазам подступили горькие слезы, которые она поспешно смахнула. Вспомнилось, как на Ладоге точно также они встречали отца из походов. Войско возвращалось всегда уставшее, измотанное. Плащи и обувь были испачканы пылью и грязью. Рубахи впитали запах крови, пота и дыма.

Но никому не было до этого дела. Вернувшихся домой живыми люди были готовы носить на руках.

По мере приближения корабля к берегу, крики делались все громче и громче. И вот уже с борта бросили сходни, и Харальд первым ступил на них, первым оказался на твердой земле. Его встретили одобрительным гулом, люди пробирались к нему поближе, чтобы сказать пару слов, просто постоять рядом.

Яромира заметила красивую, светловолосую женщину рядом с конунгом. Они были неуловимо похожи, и она, верно, являлась матерью Ивара.