Яромира. Украденная княжна

Он принес в избу дрова, чтобы подтопить печь, и сложил их на полу. — Не серчай. У нас… — случайная оговорка про отцовскую избу обожгла губы, и он замолчал, пережидая острую, болезненную судорогу, — раньше по-другому заслонка открывалась. Непривычно мне.

Он умылся и выстирал испачканную кровью рубаху. Та нынче сохла на печи. Невольно Чеслава отметила, что на избитом теле не было живого места. Вячко ждал ответа, и потому она сказала.

— Не разбудил. К князю пора.

Пока она собиралась, Вечеслав сидел в сторонке, на той лавке, на которой спал. Вновь появившись в горнице, уже с воинским поясом и вдетым в ножны мечом, Чеслава посмотрела на него удивленно и малость раздраженно.

— Ну, чего расселся? Хочешь к князю запоздать?

Вячко ожег ее забитым, неуверенным взглядом. Еще пару дней назад воительница и представить не могла, что справный, статный, веселый кметь будет так смотреть.

— Но как же… — промямлил неуверенно, и Чеславе сделалось горько.

— Тебя из рода отец изгнал, а не из дружины князь. Собирайся, — сказала твердо, и впервые за два долгих, тяжких дня Вечеслав улыбнулся.

«Ништо, — подумала Чеслава, наблюдая за ним. Она пыталась понять, что скажет князю, коли он по-другому рассудит. — Ништо. Как-то будем жить».

— Чеслава, — Вячко поднял на нее взгляд. — Никогда не спрашивал досель… Как тебя по батюшке величать?

— Никак, — отрезала воительница, поджав сухие губы. — Нет у меня отцовского имени. И отца нет.

«С той поры, как он выколол мне глаз».

Кметь молчал. Ничего не спрашивал, ничего не говорил, и Чеславе это пришлось по нраву.

— Стало быть, мы вдвоем теперь будем, — Вячко натянуто, жестко улыбнулся. — Я ведь тоже больше не Будимирович.

По пути в терем они приметили нечто странное.

Из леса, где стояла ее изба, вышел воевода Видогост. И бочком-бочком, украдкой вдоль лесной опушки зашагал к терему. Вячко, также его заметивший, сперва замер, а потом уже открыл рот, чтобы позвать, и Чеславе пришлось пихнуть его в бок. Благо, стоял он не со стороны пореза.

— Тихо ты, — шикнула на него воительница и сузила глаза, смотря в спину воеводе. — Князю рассказать надобно.

Князя поджидать Чеслава отправилась на крыльцо терема. Вячко же в одиночестве пошел к гридницу, в которой медленно стягивались прочие кмети. Посмотрев ему в спину, воительница хмыкнула со странной смесью удовлетворения и гордости. Любо-дорого поглядеть было, как шагал. Распрямив плечи, подняв голову, смотря прямо перед собой. И только разбитое лицо да сиротливый, куцый обрывок веревки, на котором еще вчера висел оберег Перуна, выдавал, что случилось накануне."

"«Надо бы новый парню справить, — подумала она по-женски домовито. — Негоже кметю без знамени Перуна на себе ходить».

Еще и кивнула сама себе.