Беглянка (СИ)

Теперь, я уверена, смогу с закрытыми глазами узнать его из сотни других.

И от этого сердце будто сжалось в сладко-щемящей тревоге. Как загнанный в ловушку зверек, я затаила дыхание, надеясь, что восторженный грохот моего сердца никто не услышит. Больше всего мне не хотелось выглядеть смешной в глазах Арсения. Но и в нашу первую встречу, и в последующие моменты я только и делала, что создавала имидж «девочка-неурядица».

Пытаюсь себя одернуть и вернуть на землю – ну с какой радости меня должно волновать, что он обо мне думает?! Я нянька его пса и по совместительству – кухарка. Главное, что он дает мне работу.

Да-да! Несомненно! Но в его присутствии мне хочется иметь самые дорогие и обалденно пахнущие духи, самое красивое платье, прическу. Хочется выпрямить спину и пройтись той легкой походкой, от которой все мужчины «падают и сами собой в штабеля укладываются». Как в любимом фильме бабы Кати.

Я тихо вздохнула, вспомнив еще одну ее присказку – каждый сверчок знай свой шесток.

- Готово! Мастерство не пропьешь! – в глазах Арсения мелькнули лучики удовлетворения и тут же погасли. – Ладно. Я в душ, сил уже нет. Олег, будь другом, закинь сумку в мою комнату. Варвара, если рука болит, закажем доставку.

- Нет-нет!! Я все приготовлю, - и в подтверждение своих слов я закивала головой, как китайский болванчик, и подняла вверх руку, на которой красовалась аккуратная белая повязка.

И опять поймала себя на мысли, что веду себя и правда, как сопливая девчонка. Или даже нет! Как Герц! Который не умеет скрывать своих чувств и ничуть не стесняется их выражать.

Взять хотя бы жену Арсения. Она будто родилась на троне. Движения, жесты, речь – все такое изысканное, почти по-королевски величественное. И без отвратительной барской спеси, но и без панибратства. Да даже в той школе, где я училась в десятом – одиннадцатом классе, и то девчонки умели себя преподносить. Выпендрежницы, считающие себя элитой, ни за что не снизойдут до «черни», аутсайдеров. Могут пройти, как мимо стены и еще портфелем задеть. Я все удивлялась, как их не разорвет от распирающего чувства превосходства.

Шустрой белочкой я развернулась и метнулась к холодильнику, однако успела ухватить взглядом тень недовольства, искривившую сластолюбивые губы Олега. То ли просьба Арсения ему не понравилась, либо злится, что не удалось меня запрессовать, как капусту в кадушке.

Он отнес вещи наверх, и, слава Богу, осел в столовой, крикнув мне оттуда, чтоб я сделала, наконец-то, ему кофе.

Фух! Это мы мигом. Словно чувствуя защиту Арсения, я, кажется, отрастила себе крылья. Рыба в микроволновке, специи, сыр, противень уже ждут – не дождутся своего часа, кофе журчит, стекая веселым ручейком в чашку. Герц получает внеплановую косточку для разгрызания. А у меня просто поет все внутри.