Белоснежка (ЛП)

Мой медведь рычит, и я снимаю с себя Белоснежку, поставив ее на четвереньки посреди кровати.

Задирая ее футболку вверх, я оголяю ее попку. Я хватаю ее за бедра и развожу ее ноги, желая взять ее, но пытаясь не спешить. Я снова рычал, не зная, как остановить себя.

Белоснежка наклоняется, оглядываясь через плечо и подталкивая свою попку ко мне.

В ее глазах мерцает свет, и я вижу, что и ее тоже охватывает брачная горячка.

      Мой член такой большой, а ее тело такое маленькое, что я не знаю, вмещусь ли в ней вообще. Но, конечно же, матушка-природа не повенчала бы нас, зная, что мы не сможем спариться.

      Я проталкиваю головку своего члена сквозь ее влажные складки и чувствую, как ее теплота окутывает меня. Я медленно погружаюсь в нее, пока она не принимает мой член целиком. Ее тугая киска полностью поглощает меня, и я поднимаю руку, притягивая Белоснежку к себе. Я становлюсь на колени на кровати, а она садится сверху с моим членом в ее хрупком теле.

Я срываю с нее футболку, прижимаясь к ее коже, ее кремовая шея обнажена для укуса.

- Я скучал по тебе, моя пара, - шепчу я в ее кожу, облизывая раковину ее уха.

- Кода. Что происходит? Такое чувство, что я вся горю. Но в хорошем смысле этого слова.

- Это из-за брачной луны. Я нашел тебя, когда она была полной. Горячка станет еще сильней. Необходимость пометить тебя настолько сильна, что я не думаю, что смогу сдержать себя.

- Укуси меня, Кода, - задыхается она, двигаясь вверх и вниз по моему члену. – Все внутри меня болит. Но, думаю, если ты меня укусишь, станет лучше.

Я чувствую, как пульсирует ее киска, и подстраиваюсь под ее ритм, двигаясь в унисон. Недолго думая, я опускаю свой рот на ее шею и кусаю ее. Вкус ее невинной крови касается моего языка, и я кончаю внутрь нее.

      Мой член пульсирует и пульсирует, когда струи спермы заполняют ее. Где-то в глубине моего сознания я понимаю, что она тоже кончает, так как происходит соединение, и мы оба теперь как единый механизм. Открыв рот, я зализываю маленькую рану, зная, что там останется шрам на всю оставшуюся жизнь, показывая всем оборотням, что она моя.

      От этой мысли я рычу, я выхожу из нее, переворачивая Белоснежку на спину, и широко развожу ее ноги. Она поднимает свои руки и тянется ко мне, когда я опускаюсь на нее сверху и снова погружаю свой член в нее.

- Не вынимай его, Кода. У меня там все внутри болит, когда ты это делаешь.

Она ерзает подо мной, поднимая бедра и умоляя меня войти еще глубже.

Она кусает губу, когда я снова толкаюсь. На этот раз мне нужны ее губы, хочу попробовать их, пока я в ней. На вкус она как дом, а мой мишка, растянувшись, лежит в нем, впитывая всю любовь. Так приятно, когда рядом с нами кто-то есть. Прижимаясь к Белоснежке, я окутываю все ее тело, позволяя моему медведю ощутить нашу самку.