Без подводных камней

В восемь – пятиминутка, иногда растягивающаяся на полтора часа, в девять – обход, а дальше по ситуации. Или план делаешь, или оперируешь, что тебе товарищи оставили, или сидишь за историями. Профессорские будни отличаются от будней рядового состава, но все равно Гаккеля лучше ловить после десяти.

Оставшееся до выхода время Шубников посвятил своему внешнему виду. Тщательно выбрился, погладил рубашку и лучшие черные брюки, и на всякий случай извлек из шкафа солидный двубортный халат, в котором чувствовал себя как рядовой в генеральской шинели, но тоже погладил и аккуратно уложил в пакет.

От мысли, что на кафедре Гаккеля есть колоссальный риск встретить старых друзей, сердце привычно съежилось от стыда, и Шубников едва не передумал. В конце концов, судья настоятельно рекомендовала ему не общаться с Валерием Николаевичем, и сейчас, если не пойдет, он проявит благоразумие, а вовсе не спасует и не струсит. Ирина Андреевна прямо сказала, что не нужно, так зачем подвергать себя двойной пытке? Снаружи будут жечь снисходительные и презрительные взгляды приятелей, а изнутри терзать уколы зависти от вида их успехов. Так себе удовольствие, так не лучше ли отказаться от этой глупой авантюры?

Лучше выпить пивка, на душе станет легче и спокойнее, а к началу приема запах уже выветрится, в крайнем случае он наденет маску и будет дышать в другую сторону, никто и не догадается.

Во внутренней борьбе Шубников чуть не прожег утюгом халат и потом всю дорогу тянул себя, как на аркане, по широкой дуге обходя все известные пивные точки, но все-таки переступил порог клиники.

Кафедра, возглавляемая Гаккелем, располагалась на базе городской больницы, в которой Шубникову не приходилось бывать раньше, но благодаря типовому проекту он быстро все нашел. Когда-то проходил практику в клинике точно такой же архитектуры, только в другом конце города.

Кафедра, на которой он сам когда-то пытался выбиться в люди, не имела тесных научных связей и общих интересов с кафедрой Гаккеля, поэтому Шубников близко не знал никого из местных, так, шапочное знакомство благодаря конференциям, но в больнице работали его однокурсники, поэтому пришлось подняться на лифте, ибо существовала почти стопроцентная вероятность, что хоть один его приятель прямо сейчас курит на лестничной клетке.

Шубников внимательно оглядывался, но все же прозевал и столкнулся с парнем, которого всегда считал недалеким, а сейчас он вдруг выскочил из кабинета, на двери которого была привинчена табличка «Зав. отделением В. В. Василенко».

В коридоре скрыться от порции унижений было некуда, но Валька вдруг стремительно обнял его и хлопнул по спине так, что Шубников, отвыкший от братаний, чуть не отлетел к противоположной стенке.