Без права выбора

— Я же предупреждал! Его нельзя нагружать и уж тем более травмировать.

— Уведи ее, — в бреду пробормотал граф.

— Миледи нет, я позаботился об этом.

— Уведи… — на грани слышимости прошептал мужчина, и Хиксон нахмурился.

Зазвенели бутылочки. Лекарь начал что-то выискивать в принесенном с собой чемодане, сетуя на неосмотрительность, которая может привести к летальному исходу. Раздался треск ткани. Я же побоялась шевельнуться. Смотрела, как он обрабатывает рану, и не могла отвести глаз. Страшилась пустить в голову мысль, из-за кого Агфар получил повреждение, потому просто ни о чем не думала. Поражалась цвету и густоте крови. Если меня не подводило зрение, то она была темнее обычной.

А после, когда Хиксон попросил служанку принести воды и нарвать тряпок, я села на пол и впилась взглядом в выстроенные ровно в ряд книги. Слушала равномерный треск ткани. Обнимала себя за плечи и прижимала колени к груди. Не винила себя, нет, но переживала. Страшно осознавать, что человек в нескольких шагах от тебя на грани смерти, готов вот-вот покинуть наш мир и отправиться к праотцам.

Может, все еще образуется?

Я опустила голову, сидела, погруженная в хрупкое состояние спокойствия. Один щелчок — и оно взорвется тысячами осколков. Но пока держалось, помогало не впадать в панику и все так же ни о чем не думать.

Не помню, как именно я уснула. А вот проснулась от переполняющего меня чувства тревоги. В библиотеке царила гробовая тишина. Сквозь многочисленные щели в мое укрытие попадал дневной свет. Я даже подумала, что в помещении никого нет и теперь пришло время выбираться отсюда, но пробирающий до мозга костей холод будоражил и беспокоил.

Я заглянула в просвет и чуть не вскрикнула, заметив стоявшую над диваном девушку. Серая кожа. Пустой взгляд. Из одежды — легкое рваное платье. Дух?

Стоило выбежать из-за стеллажа, как непрошеная гостья исчезла. Воздух в том месте пошел рябью. Я ощутила сырой холод, дыхнувший мне прямо в лицо, и поежилась.

Не медля ни секунды, бросилась к графу. Позвала его, аккуратно потрясла за здоровое плечо. Бледный вид Агфара не давал покоя. Если в прошлый раз я подумала, что мужчина на пороге смерти, то сейчас готова была поверить, что он переступил его.

— Перестань, — еле слышно прошептал он.

— Ох, вы живы! — облегченно воскликнула я и, упав на колени, уткнулась лбом ему в грудь.

Граф содрогнулся. Громко замычал. Я отстранилась, подумав, что ненароком задела его рану или дотронулась до руки. Прозвучало бессвязное бормотание. Мужчина отмахнулся от чего-то, заворочал головой, как вдруг распахнул глаза и посмотрел на меня.

Я в непонимании отшатнулась, а затем сложила руки на груди, не собираясь покидать библиотеку. Он нуждался в помощи.