Безжалостное обольщение

Сегодня Анжелика нарушила два последних правила, и по горькому своему опыту знала, что это не останется безнаказанным: возможно, она не увидит Доминика в течение нескольких недель — он продемонстрирует ей, как легко без нее обходится. И все эти недели Анжелика будет жить словно на лезвии ножа, сходя с ума от тревоги: вернется Доминик или просто перешлет уведомление о том, что разрывает контракт, выплачивая ей солидную компенсацию, которая все равно не возместит ей более существенной потери — великолепного любовника.

Женщина бросилась вперед, чтобы открыть дверь, и, приподнявшись на цыпочках, прильнула к его губам, прижалась грудью к его груди, кожей ощущая прохладный, гладкий шелк дорогой сорочки и нежное плетение кружев. Анжелика не решалась спросить, когда он придет снова, но, когда посторонилась, чтобы пропустить его, губы у нее слегка дрожали, а в карих глазах стояли слезы. Доминик задержался на пороге, затем с почти отсутствующим видом протянул указательный палец и притронулся к копчику ее носа.

— Возьми с собой в Сен-Чарлз кого-нибудь из друзей. И можешь воспользоваться моим экипажем, мне он сегодня не понадобится, Анж.

— Я провожу тебя до выхода, Доминик. — Лицо Анжелики расцвело в радостной улыбке.

— Нет, мне некогда ждать, пока ты что-нибудь на себя наденешь.

Делакруа стал спускаться по лестнице — не спеша, однако на Рэмпарт-стрит вышел раньше, чем Анжелика успела запахнуть шелковый пеньюар.

Солнце уже садилось, когда Доминик подходил к собственному дому на Чартрес-стрит. Сегодняшний визит к Анжелике был незапланированным, но полуудача в деле с Элизой Латур и ее родственниками несколько обескуражила Делакруа, а он не любил оставаться с носом: это злило и расслабляло его, чего в том деле, каким он занимался, никак нельзя было допускать. Анжелика была прекрасна, но, чтобы вновь обрести уверенность и ясность мысли, ему понадобится время. Ведь он хочет произвести впечатление своим появлением в резиденции Латуров. Значит, следует поторопиться с переодеванием и ужином. Торопиться Доминик Делакруа не любил почти так же, как быть обескураженным.

Сайлас ждал его в прохладной с высоченным потолком комнате, выходящей на заднюю веранду третьего этажа.

— Бриджи до колен, месье? — спросил он, аккуратно проводя одежной щеткой по серебристо-серому сюртуку.

— Да, пожалуй. — Уже знакомая сардоническая улыбка снова тронула губы Доминика. — Пред светлые очи мадам Латур нужно являться только неотразимым, и ей не останется ничего иного, кроме как любезно приветствовать гостя, хотя и нежеланного.

Сайлас, который не был посвящен в план своего хозяина, ограничился ухмылкой и начал править бритву на кожаном ремне.