Бюро находок

Однако, как он ни давил и ни тянул, используя все новоприобретённые навыки, видение не приходило, разве что странный жар вдруг разлился по руке.

Оставив попытки, он поймал взгляд слепой архивистки — тёмные очки впервые повернулись в его сторону.

— Это ново, — заметила она и вновь отвернулась. Нажала на педаль, немного поднимая воздушный шар, и достала с полки ещё один том. — Те же самые документы запрашивал твой отец четыре дня назад. — Она протянула книгу Джеку. — И ещё вот это.

— «Судовые манифесты достопочтенной Левантийской компании, 1661–1670», — прочитал он и с удивлением поднял глаза. — Зачем отцу понадобились судовые манифесты? Это же списки грузов.

— Он не сказал, — пожала плечами блондинка. — Джон и Перси предпочитали помалкивать об этом деле.

На языке вертелся и другой вопрос. Поколебавшись, Джек решился.

— А… обо мне он ничего не говорил? — спросил он, опустив глаза.

— Нет, Джек. — Она потянула за другой золотистый шнур, оживила педалью горелку, и шар стал медленно подниматься, приближаясь к противоположной стене. — Мне очень жаль, но твой отец предпочитал помалкивать и о тебе. Всегда.

Повисла неловкая тишина.

— Мм… мне нравится ваш кот, — сказал Джек, чтобы сменить тему.

— Это не мой кот. — Хмурое выражение на лице женщины сменилось раздражённым. — Он всегда при Архиве.

Кот поднял голову и сердито хлестнул хвостом. Очевидно, неприязнь была взаимной.

— Ну… он красивый вообще-то… — вздохнул Джек, сильно сомневаясь, что поднял настроение на борту.

Он пристроил судовые манифесты на куче книг рядом с животным и почесал его за ухом. Гвен подняла глаза от книги, которую держала на коленях.

— Осторожнее, он с характером.

Между тем кот довольно урчал, принимая ласку вполне охотно.

— Характер он проявляет, когда его глажу я, — нахмурилась архивистка.

— Я зову чудищем, паршивцем и наказанием, — фыркнула она, — но чаще стараюсь вообще не звать!

— Вот оно! — Гвен торжествующе подняла палец, а затем ткнула им в середину страницы. — Робер Юбер! Он и есть связующая нить между Великим пожаром и гильдией часовщиков!

Кот спрыгнул на пол и прошёлся вдоль гондолы, оставив у Джека на пальцах множество тонких шерстинок.

— Юбер? Знакомое имя! — хмыкнул он, вытирая руку о куртку.

— Ну да, я его уже называла тебе! Тот самый француз, который признался в поджоге. — Гвен развернула книгу страницами к Джеку.

— Богатые купцы иногда помогали вступить в гильдию иностранцам — свежая кровь и всё такое. Оплачивали им переезд на судах компании, путешествия за редкими материалами и доставку в Лондон их изделий. Если гильдия принимала к себе иностранца и он из подмастерья становился мастером, то инвестор в дальнейшем получал долю от его заработков.