Искатели неба (сборник)

Небо стало чистым и прозрачным, в последней попытке отвернуться от осенних туч. Даже потеплело малость. Во-вторых, к нам на крышу зачастили пассажиры – из окрестных деревень и городишек. Кому нужно было проехать десяток километров, а кому и сотню. К полудню я уже был при деньгах – причем честных, выигранных у какого-то мелкого чиновника и богатого крестьянина в буру. Причем играл без всякого шулерства. Что ни говори, наша, воровская игра, сколько времени за ней проведено – и в тюрьмах, и отсиживаясь по тайным убежищам.

Как только проигравшиеся сошли – мрачно, не прощаясь, будто им было кого винить, кроме себя, я карты бросил.

Оставил играть по мелочи четырех пареньков, ехавших до Милана, в ремесленный цех поступать, а сам прошел к передку кареты, пихнул кучерского помощника, сунул ему пару марок и купил еды. Конечно, оно дороже, чем в придорожном трактире, да и хотелось горяченького, но терпеть больше сил не было. Кучер удивленно глянул на пассажира третьего класса, неожиданно раскошелившегося на еду, и даже выбрал бутылку поприличнее, хорошего года.

Мы с Йенсом жадно набросились на окорок, сыр, краснощекие помидоры, сухое красное вино, почти свежий хлеб.

Мир сразу показался веселее. Когда голод был утолен, я купил еще две бутылки вина, одну от щедрот будущим ремесленникам поставил, а вторую мы с Йенсом стали распивать: уже неторопливо, со вкусом.

– Знаешь, Ильмар, – негромко сказал мне Йенс, – что самое слабое в твоем плане?

– Найти… мальчика.

Говорили мы вполголоса, услышать нас никто не мог, но на всякий случай я имен называть не стал. Йенс вроде бы тоже это сообразил.

– Допустим, мы найдем его…

Я отметил это «мы». Уже хорошо.

– Надо – найду. Не в первый раз.

– Как ты поймешь, кто он?

– Пока не знаю.

– Это самое главное. Я над этим думал… всю ночь.

Покосился я на Йенса – глаза красные, невыспавшиеся. Может быть, и впрямь думал…

– И что надумал?

– Тебе эту загадку не решить. И я тут не помощник.

Я ждал. Молча.

– Это должен решать кто-то, поумнее нас, – ободренный моим молчанием продолжил Йенс.

– Пасынок Божий?

– Возможно! Либо конклав кардиналов. Может быть, всех богословов надо собрать и задать им эту задачу!

– Хорошо придумал, Йенс, – пробормотал я.

 – Приволочешь обратно и Ильмара беглого, и Маркуса. Тут тебе все грехи простятся…

– Нет! – Йенс энергично замотал головой. – Нет и нет! Я не о том думаю. Клянусь тебе!

– Они, в Урбисе, все уже решили, – отпивая вино из глиняного стаканчика, сказал я. – И ничего заново решать не станут. Слово у мальчишки – выпытают… если сумеют. Не сумеют – убьют. Вот и все.

– Пасынок Божий Юлий, что бы ты ни думал о нем, человек справедливый! – горячо сказал Йенс.

– Верю. Иначе меня не в застенки бы бросил, а в землю зарыл.