Бог располагает!

Так что же, он не придет?

— Дело высочайшей важности помешало ему явиться, — отвечал один из людей в масках. — Но где мы, там присутствует и он. Говори так, как если бы мы были здесь все трое. Верховный предводитель — хотя это не я и не мой спутник, — услышит твои слова в точности, все до одного, и все твои мысли откроются ему.

— Что ж, — сказал Юлиус, — раз это кресло свободно, я займу его.

И он преспокойно уселся на самое высокое кресло.

Самуил посмотрел на него с изумлением. Он ждал, что могущественные и досточтимые персоны, стоящие во главе Союза, оскорбятся дерзостью незнакомца, который в их присутствии осмелился сесть, вот так возвышаясь над ними.

Но предводители Тугендбунда не выказали ни возмущения, ни удивления, как будто в поступке Юлиуса не было ничего особенного, и повернулись к Самуилу, жестом предложив ему говорить.

Во-первых, то, о чем ему предстояло объявить, было в достаточной мере щекотливо. Какого бы твердого закала ни был ваш характер, а все равно невозможно стать предателем без того, чтобы что-то в душе не воспротивилось, а в ушах не зазвучали голоса, изобличающие ваше бесчестье.

И потом, без верховного предводителя утрачивался главный смысл всего дела. Двое оставшихся… настолько ли они важны, чтобы стоило труда их предавать?

Самуил обещал доставить голову Тугендбунда; если он всего-навсего отрубит две его руки, еще неизвестно, будет ли берлинский двор столь же признателен ему?

Впрочем, неважно: как только будут распознаны и взяты эти двое, через них, быть может, удастся добраться и до третьего. Даже если предположить, что они окажутся способны все снести, вытерпеть любые муки и все-таки не назвать его, вероятно, при них или у них в домах найдутся какие-либо бумаги, где есть его имя и откуда можно будет узнать о составе и строении Тугендбунда, что позволит правительству наконец-то наложить руку на гнездо заговора.

Следовательно, Самуил решил действовать так, как если бы на совещание явились все трое.

— Так что же, Самуил Гельб, — снова подал голос тот человек в маске, который уже говорил с ним вначале, — ты нас вызвал сюда для важного сообщения. Мы тебе полностью доверяем, и вот мы здесь. Теперь мы ждем, чтобы ты объяснился.

— И вы не спрашиваете, кто этот человек? — Самуил указал на графа фон Эбербаха.

— Этого человека привел сюда ты, — отвечал его собеседник. — Поэтому мы предполагаем, что ты в нем уверен и его присутствие необходимо в связи с тем сообщением, которое ты намерен нам сделать. Если ты его привел, это, видимо, значит, что он может выслушать все то, что ты скажешь нам. Говори же.

— Так вот… — начал Самуил.