Бомба за пазухой

Потеряв в схватке автомат, Алексей сумел схватить камень и разбить немцу лицо. И потом уже, выхватив финку, он дважды ударил ею врага в грудь.

Лейтенант давно уже потерял из вида Самохина. Бой кипел повсюду, почти не было выстрелов, раздавались только хриплые крики, яростный мат, удары, стоны раненых и умирающих. Разгоряченные десантники бросились за убегающими немцами к дороге, но тут же попали под огонь вражеских пулеметов. Пришлось залечь и отползать к разрушенным домам поселка. И только теперь Алексей сумел осмотреться по сторонам. Повсюду лежали тела немецких солдат, но немало было и тел погибших моряков. Сердце сжалось. Какой же ценой достается победа! Победа? Но до нее еще далеко. Это ведь только захват плацдарма для высадки основного десанта. «Нет, — решительно оборвал ненужную мысль Зыков. — Победа! Обязательно победа, потому что иначе и быть не может!»

А потом немцы атаковали. Остатки роты зарывались в каменистую землю возле поселка, чувствуя за спиной только обрыв и волны побережья Черного моря. Откуда-то из-за скал появились бронетранспортеры. Они шли по дороге, потом развернулись и пошли в сторону поселка, разворачиваясь в цепь. Сзади машин стали выпрыгивать солдаты в серых мундирах. Заговорили пулеметы, поливая свинцом позиции моряков. Пока до врага было около четырехсот метров. По рядам обороняющихся пронесся приказ «без команды не стрелять». Да, приходилось уже экономить патроны. Сколько еще будет длиться бой? Часы, дни? Немцы не успокоятся, пока не сбросят десант в море. Для них потеря этого участка побережья означает гибель. Разорванная оборона, перерезанные пути снабжения частей, возможность нанесения Красной армией фланговых ударов и окончательный прорыв к северу от Новороссийска к Гайдуку.

— В укрытие! — закричал Зыков нескольким бойцам, которые залегли за камнями. — Быстро за стены!

«Ребята горячатся, — понимал Алексей. — Думают подпустить немцев и гранатами поджечь бронетранспортеры, неожиданным огнем покосить пехоту. Так эту груду камней немцы видят хорошо, они сейчас будут прочесывать огнем все возможные укрытия, подавлять огневые точки. — Он поднял автомат, прицелился и дал несколько очередей в сторону атакующих фашистов. — Тоже горячусь, — спохватился лейтенант. — Приказано же было огня не открывать».

Невольно Зыков повернул голову в сторону позиции командира роты и увидел бешеный взгляд командира и его поднятый вибрирующий кулак. Но случайно взгляд Алексея наткнулся и на маленькую группу десантников, которым он советовал укрыться за развалинами хаты. Он увидел Самохина и даже обрадовался, что не потерял его в горячке боя. Но дальше случилось невероятное и неожиданное. Самохин зло оскалился, быстро глянул по сторонам и навел на Зыкова автомат.