Бракованная жена. Я украла дочь ярла

— Не возвращайся к Катарине, — крикнула я ей, ощущая, как эмоции сдавливают горло. — Уходи на любой остров, но не попадайся ей на глаза.

Но она в ответ лишь улыбнулась и исчезла в завесе Тумана.

— Идем, — бросила мне Бальба.

Мои внутренности опалил гнев, и я развернулась к колдунье, злясь на нее так отчаянно, что готова была задушить голыми руками.

— Зачем?! — крикнула я. — Зачем вы делаете это?!

— Законы Хозяйки туманов суровы, но справедливы. И тебе, душа из другого мира, пора это принять.

Ведьмы жили в пещерах.

На каменном полу у стены лежали мягкие звериные шкуры, а поверх них — подушки и стеганные одеяла. Слева от входа в пещеру в стене было выдолблено жерло для подвесного котла, чуть поодаль — жаровня. В природных углублениях другой стены стояли всевозможные деревянные баночки, наполненные черти чем.

Я сидела у огня прямо на полу и, не в силах унять тревогу, смотрела на далекую береговую линию. Лейла спала на одной из шкур, а Бальба нависала над ней и, размазывая по ее лбу непонятную зеленую жижу, что-то бормотала себе под нос.

Все происходящее было настолько странно и непривычно, что я не могла побороть ощущение, что притащила дочь к каким-то шарлатанкам. Успокаивало лишь то, что впервые за четыре дня Лейла перестала тереть глаза и жаловать на боль. А значит, что бы не творила с ней Бальба, это помогало.

Устало уронив лицо в ладони, я шумно выдохнула.

Все происходящее — какой-то абсурд. Гребаный сюрреализм.

— Плохо тебе? — услышала я скрипучий голос и, вскинув голову, встретилась со взглядом ведьмы.

Она стояла прямо напротив меня и цепким взглядом скользила по моему лицу, словно заглядывала в самую душу.

— Нормально, — буркнула я в ответ, отворачиваясь и все еще злясь на колдунью. Но потом все же вспомнила про манеры и, запихнув поглубже неприязнь к ней, добавила: — Спасибо, что помогли Лейле.

— Ты правильно сделала, что приплыла сюда, Дочь Туманов. Пустошь исцеляет таких, как ты.

— Таких, как я? — переспросила я, мрачно усмехнувшись.

— Носящих в себе много горя, закрытых. Ненавидящих и мужчин, и женщин, и самих себя. А тревожно тебе, потому что сопротивляешься. Воротишься от собственной природы.

Раздражение вспыхнуло во мне так стремительно, словно кто-то бросил спичку в бензин. Резко вскочив на ноги, я одарила Бальбу недовольным взглядом и процедила:

— Сеанс психотерапии я не заказывала, спасибо.

Но и ведьма не отстала, сурово зыркнув на меня в ответ.

— Ты слабая. Побитая. Сломленная.

Спина и плечи налились тяжестью, скулы затвердили. А внутри что-то зарычало.

Да кто она есть, что бы говорить мне такое?! Сумасшедшая бабка!

— Вы ничего обо не знаете, — прошипела я в ответ.

— Ты Дочь Туманов! Хозяйка Туманных Островов! — повысила ведьма голос.