Чебурашка

Все угорают, а Алик злобно скрежещет зубами, и от этого все начинают угорать ещё сильнее.

Придя домой, я заношу рукописи быстро переодеваюсь, засыпаю штаны порошком и заливаю водой, а потом опять ухожу. Бегу я к дяде Вите, нашему дворовому кумиру.

— А ты уверен? — усмехается капитан Шерстнёв, он же дядя Витя. — Судя по описанию, внешность типичная, часто встречающаяся. Так что ты вполне мог обознаться.

— Обознаться⁈ — восклицаю я. — Виктор Фёдорович, я же на него вот так, как на вас сейчас смотрел! Я говорю, его председательша привела и сказала, что он слесарь-сантехник.

Только он на сантехника вообще не похож.

— А это ещё что значит? — удивляется дядя Витя. — У сантехников какая-то особая внешность что ли бывает?

Я сижу на стуле, а он — на краешке своего рабочего стола. Он наклоняется вперёд, немного нависая надо мной.

— Да не из работяг он, — машу я головой. — Фраер, понимаете?

— Фраер? — хмыкает капитан. — А ты, я вижу, действительно грамотный, слова специальные знаешь. Ладно, смотри, я тебе сейчас покажу несколько человек, подходящих под твоё описание.

Он поднимается, обходит стол, выдвигает ящик и вытаскивает из него бумажную папку.

Усаживается и, развязав тесёмочки извлекает несколько фотографий.

— Глянь, только внимательно, нет твоего клиента среди этих людей?

Он раскладывает передо мной фотокарточки. Действительно, лица у всех этих людей однотипные, и, более того, чем-то они напоминают моего сантехника.

— Не нашёл? — интересуется дядя Витя.

— Нет, его здесь нет, — отвечаю я. — Хотя общее сходство, безусловно имеется, вы правы. Но у нас же есть председательша! Она не просто его видела, она с ним ходила по квартирам, значит знает, откуда он пришёл, понимаете? Надо её обязательно допросить!

— Допросим, не переживай.

Ты ведь всё это сообщил моим коллегам, так?

— Так, только они, коллеги ваши, как-то незаинтересованно меня слушали. Им вообще всё по барабану, походу. А этот слесарь-сантехник может пролить свет не только на сегодняшнее преступление, но и на внезапную кончину дядюшки, я уверен.

— Тихо-тихо-тихо, — говорит дядя Витя и поднимает руку. — Тихо, Артём. Ты парень молодой, фантазия буйная и, я тебе так скажу, ты бы, наверное хорошие детективы писал.

Да только к настоящей сыскной работе это не имеет никакого отношения. Если дать волю своим мыслишкам, такого насочиняешь, что все охренеют. Поэтому хорошо, что мы работаем с голыми фактами, а не с легендами, притчами и сказками. Улавливаешь мою мысль?

— Улавливаю, — хмуро отвечаю я.

— Вот и отлично. Отлично! Ты всё рассказал и молодец. Остальное — наша забота. Наша служба и опасна и трудна, ты в курсе? И на первый взгляд, как будто не видна. Как будто! Но на самом деле мы трудимся не покладая рук.