Черные Шипы (ЛП)

Мой отец и мой муж сидят за кофейным столиком, пьют чай и оживленно разговаривают по-японски.

Когда они замечают меня, их разговор обрывается. В глазах моего будущего бывшего мужа вспыхивает яркая искра. Он, наверное, думает, что я пришла сюда ради него и в честь сделки, которую мы заключили семь лет назад.

Что ж, у него появятся другие дела в скором времени.

— Завтрак был полчаса назад, Наоми, — выговаривает мой отец.

— У нее была чрезвычайная ситуация, Хитори-сан, — лжет Акира от моего имени.

— Не совсем. Я просто не понимаю, почему я должна завтракать с тобой, когда я ненавижу тебя, отец.

Его щеки краснеют, и он крепче сжимает чашку. Если есть что-то, что Абэ Хитори презирает больше, чем когда ему бросают вызов, так это неуважение, особенно на публике, где это считается унижением. Из-за его склонности к самоконтролю и роли в якудзе он привык к тому, что его требования удовлетворяются.

— У тебя есть желание умереть? — выпаливает он.

Может быть, это именно то, что у меня есть, потому что прямо сейчас внутри меня нарастает давление. Или, может быть, оно гноилось там годами. В любом случае, это нуждается в освобождении.

Мне нужно, наконец, сбросить маску и снова стать собой.

Мне нужно быть той Наоми, которая никому не позволяла наступать на нее, потому что так учила ее мама.

— Нам с Акирой нужно поговорить, — говорю я.

— Мы уже говорили, дорогая жена, и ты решила ослушаться меня, поэтому я попросил Абэ послать за твоим любовником. Мы же не хотим, чтобы он разрушил наше партнерство, не так ли, Хитори-сан?

— Верно, Мори-сан, — мой отец пристально смотрит на меня. — Ты должна была думать лучше, прежде чем испытывать нас.

Мои ноги дрожат, и мне требуется вся моя сила, чтобы не упасть на землю. — П-послать за ним? Что вы имеете в виду, говоря "послать за ним"?

— Это значит, что он под нашей опекой, — мой отец тянется за пультом и включает телевизор. Я перестаю дышать, когда в поле зрения появляется клетка.

И не просто любая клетка.

Та же самая камера, в которой мы с Себастьяном были заперты семь лет назад.

Только на этот раз меня там нет. Себастьян есть. Один.

В течение многих лет мне каждую ночь снились кошмары об одной и той же сцене. В своих мечтах я так сильно скучала по нему, испытывала минутную слабость и шла к нему. Я целовала его, прикасалась к нему, засыпала в его объятиях, но тогда мой отец и Акира всегда убивали его.

Прямо передо мной, чтобы я усвоила урок.

Причина, по которой я должна была сопротивляться Себастьяну, заключалась именно в этом. Я предпочла разбить и растоптать собственное сердце, чтобы он снова не оказался в таком положении.

Я по глупости верила, что могу все изменить. Что я наконец-то могу быть с ним, несмотря ни на что.