Черные Шипы (ЛП)

— Ты можешь ненавидеть меня столько, сколько захочешь, но не разрушай себя при этом.

Он делает паузу, его загадочный взгляд возвращается ко мне. — Я не могу уничтожить то, что уже уничтожено.

У меня в горле встает комок, и я не могу избавиться от него, сколько бы ни глотала. — Себастьян…

— Почему ты пришла сюда?

— Потому что ты попросил меня об этом.

— Ты могла бы не появляться, как вчера, но выбрала другое. Почему?

— Ты сказал, что не будешь работать с…

— Не произноси больше его гребаное имя в моем присутствии и не используй его в качестве оправдания, потому что мы с тобой знаем, что ты здесь не из-за этого.

Мои плечи сутулятся, а внизу живота возникает странное ощущение холода. — Если ты уже понял, зачем спрашиваешь?

— Я хочу услышать, как ты это скажешь. Я хочу услышать, как ты признаешь, что ты шлюха, которая предпочитает, чтобы я трахал ее на земле, а не твой муж.

— Не называй меня так вне того ебаного дерьма, которое только что произошло, — я вздергиваю подбородок. — Это был просто секс. У людей это происходит постоянно.

Его челюсть напрягается, и на его черты падает темная дымка. — У тебя что, входит в привычку трахаться с людьми вне брака?

— Не понимаю, почему это тебя беспокоит.

— Я только что трахнул тебя без презерватива. Кто знает, что за дерьмо ты мне только что подсунула.

— Должно быть наоборот.

Он ничего не говорит, выражение его лица немного смягчается, но он продолжает открыто пялиться на мою наготу.

Я отступаю назад и собираю свое разбросанное нижнее белье, которое тоже испорчено.

Именно тогда я замечаю, что его гостиная пуста. Например, там вообще нет мебели.

Насколько я знаю, он недавно сюда переезжал, так почему же здесь так… пусто?

— Ты можешь одолжить мне какую-нибудь одежду?

Я разворачиваюсь, показывая ему свое порванное нижнее белье, и указываю подбородком на платье. — Это меньшее, что ты можешь сделать после того, как испортил мою одежду.

— Скажи, пожалуйста.

— Я не собираюсь выпрашивать одежду.

— Тогда ты можешь остаться голой.

Я поджимаю губы, глядя на него сверху вниз. — Ты такой мудак.

— Обзывая меня, ты уменьшишь свои шансы, а не увеличишь их, Цундэре.

Я вздрагиваю, тяжело сглатывая при звуке этого прозвища, слетающего с его губ. Черные бабочки порхают у меня в животе, и мне требуется вся моя сила, чтобы не ухмыляться, как идиотка.

— Ты делаешь вид спорта из того, что ты мудак, или это просто твой характер? — я притворяюсь, что на меня это никак не влияет, хотя внутренне я нахожусь в полете.

— Немного того и другого.

— Просто дай мне какую-нибудь одежду, чтобы мы могли не мешать друг другу.

— Я не слышу там «пожалуйста», а ты?

Я стискиваю зубы. — Пожалуйста.

— Я этого не слышал.

— Намного лучше, — он отталкивается от стены и направляется в комнату.