Чистая книга: незаконченный роман

А дома спрашивает мать:

– Мама, а за политических ссыльных можно девушкам выходить замуж? Вернее – можно ли им жениться?

– Можно, наверно. Тоже люди…

Юра на сенокосе. Кто-то жалуется из мужиков. Просит совета. И Огнейка думает: какой он умный. Мужики советуются с ним.

Огнейка по-детски влюблена в Юру. И мучает его, и своей наивностью часто ставит в тупик.

– Ты на ком потом женишься? Возьми меня в жены. Я прясть умею. Я все умею. А ты чего умеешь? Пахать не умеешь, дрова рубить не умеешь. Рыбу ловить не умеешь. Да с тобой помрешь с голоду. Какой же ты муж? Видал, как мужики-то у нас? Что делают? А ты ничего не умеешь. Ну пошто так? А? Откуда ты такой взялся? Неужели все там такие? А как вы жили? Кто вас кормил?

И тут Юра рассказывает о городской жизни, о городе, о матери. Показывает карточку… Агния настояла, чтобы и другую карточку показал.

– Барышня. Мама, он барышню носит. Я видала таких. В монастырь приезжали… А она только в ситцевом ходит? И завсе?

– Завсе не знает. Кажинный день.

– А в чем же она должна ходить?

– Пестрядинное у нее есть? Мы завсе-то в пестрядинном ходим.

– В городе не носят.

– Вот хорошо-то. Краса в городе-то жить. А кто она?

– Ну-ка, дайте поглядеть. Баская.

Юра вопросительно взглянул.

– Так это она невеста?

Юра, мучительно покраснев, пожал плечами.

– Мама, мама, – закричала Огнейка, – у него невеста.

И тут она окончательно смутила Юру.

Анисимова, от природы деликатная и чуткая, помогает ему оправиться. Огнейка после некоторого молчания наклоняется к его уху:

– А сыспода-то у нее тоже ситцевое?

Юра, не сразу поняв, о чем спрашивает Огнейка, готов провалиться сквозь землю.

– Чего она? – спрашивает мать.

– Я говорю, нижняя-то рубаха у нее тоже из ситца?

Мать только покачала головой.

Когда Огнейка пошла первый раз на вечерянку, она пригласила и Юру.

– Глупая, – говорит мать. – Интересно ему с морошкой.

Но Юра приходит. И Огнейку он не узнает, ведет себя степенно, кланяется. Юре интересно было наблюдать деревенских девочек, во всем подражавших взрослым… И ребята, подражая взрослым, женятся.

– Весело ли у нас? – спрашивает Огнейка.– Весело, – сказал Юра. И он не врал.

Замужество Огнейки. Жертвует собой ради брата. Ефтя Дурынин, как мог только, издевался над Огнейкой. Он показал себя. За все расплатился: за унижения, за высокомерие… И ему, садисту по натуре, доставляло ни с чем не сравнимое наслаждение помыкать ею, унижать, заставлять ее выполнять самые низменные желания, топтать…

Огнейка сперва боится Максима, свекра. А потом убеждается: добрый.

Скоморошье гнездо и древнее благочестие – вот мир, в который попала Огнейка.

Жизнь на Лае. Одиноко. Скучно. Все в работе. Но иногда выйдет к реке, сядет на бережок и смотрит на Копани. Там другая жизнь. Близко, но не ускочишь.

Проплывали паромы.