Чистилище. Турист

Посмотрел на стену, на железные штыри, к которым была приварена решетка.

Один из штырей, похоже, слабо держался в стене. Пинки и скачки на решетке раскачали его – поэтому белая пыль и сыпалась.

Женька чуть повеселел.

Ну хоть какой-то шанс выбраться отсюда!

Он поднял скамью, взял ее наперевес и с разбегу ударил в обнаруженное слабое место. Потом еще раз. И еще.

Гул метался меж голых стен. На пол сыпалась кирпичная крошка. Минут через двадцать в оштукатуренной стене появилась трещина. И ободренный Женька с новой силой накинулся на решетку. Уже третий удар выбил из стены кусок кирпича.

– Ага! – завопил узник, чуя скорое освобождение…

Он выбрался из клетки, когда часы на стене показывали два часа дня. Под высоким столом, похожим на барную стойку, он обнаружил тело дежурного. Труп остыл и окоченел. Женька забрал у него все ключи, снял кобуру с пистолетом, а потом съел два больших бутерброда с сырокопченой колбасой и сыром, лежавшие на подоконнике, запил их холодным сладким чаем из большой железной кружки.

– Спасибо, – сказал он мертвецу и пнул его в бок.

Прежде чем выйти на улицу, Женька решил понаблюдать, что там происходит. Он сел у зарешеченного окна, положил перед собой пистолет. Странное дело: на дороге не было машин. И вообще все словно вымерло. Если бы не галки, сидящие на деревьях, можно было бы подумать, что в окно вместо стекла вставлена помутневшая от пыли фотография.

Женька обыскал помещение, открыл сейф, ящики стола и шкафа. Нашел ключи от своей машины, сунул их в карман. Из кармана куртки, висящей на вешалке, вытащил бумажник с документами покойного дежурного и шестью тысячами рублей. Потом немного подумал и, брезгливо морщась, стал раздевать покойника.

К проходной он шагал, одетый в форму полицейского. Она была чуть ему великовата, но он затянулся так, что это почти не мешало и не бросалось в глаза. В прозрачной будке на выходе он нашел еще один труп и забрал у него короткий, похожий на игрушку автомат. Еще один такой же автомат и два полных магазина к нему он добыл на заднем дворе, в салоне серого «уазика» с синей полосой на боках. Машина была открыта. На подушке водительского сиденья темнело уже подсохшее кровавое пятно. Кровь была и на руле, и на лобовом стекле, и на двери. Автомат, валяющийся на полу, тоже был испачкан. Но Женька не побрезговал, взял оружие, вытер его найденной здесь же ветошью.

Один автомат он повесил за спину, другой на грудь. Магазины сунул в карманы куртки. Женька собирался как можно скорей отыскать свою машину, чтобы наконец убраться из этого чертова городишки. Ему было все равно, от чего умерли полицейские и почему на улице никого нет.