Что скрывал покойник

Позади них стройная молодая женщина глядела прямо в объектив. Черты ее лица были искажены завистью и злобой.

— Ну и что? Стрела как стрела. — Маттью Крофт переводил взгляд с Гамаша на Бювуара. Они пришли к нему в камеру тюрьмы Уильямсбурга. — У вас уже есть их целых пять. Это что, какая-то особенная?

— Эту стрелу, — сообщил ему Гамаш, — обнаружили два часа назад застрявшей в клене на высоте двадцати пяти футов. Там, где была убита Джейн Нил. Она принадлежала вашему отцу?

Крофт внимательно осмотрел деревянное тело стрелы, четырехлопастный наконечник и наконец критически обозрел оперение. Закончив осмотр, он почувствовал слабость. Он глубоко вздохнул и, обессиленный, повалился на койку.

— Да, — выдохнул он. Перед глазами у него все плыло, ему трудно было сосредоточиться. — Это стрела отца. Можете убедиться в этом сами, если сравните ее с остальными стрелами, но я вижу это и так. Мой отец всегда сам готовил оперение для стрел, это было для него чем-то вроде хобби. Однако его трудно было назвать творческой личностью, вот почему все его стрелы похожи как две капли воды. Однажды найдя то, что ему понравилось, он счел, что разнообразие ни к чему, и стал делать стрелы по шаблону.

— В этом нет ничего плохого, — уронил Гамаш.

— Послушайте… — Бювуар опустился на койку напротив. — Похоже, вам о многом придется нам рассказать.

— Мне надо подумать.

— Здесь не о чем думать, — заявил Гамаш. — Ваш сын выстрелил этой стрелой из лука, не так ли?

В голове у Крофта все перемешалось, он судорожно размышлял. Он заставил себя поверить в собственную выдумку, и теперь ему нелегко было от нее отказаться, пусть даже перед лицом неопровержимых улик.

— А если он выстрелил этой стрелой и она попала в дерево, где ее и нашли, — продолжал Гамаш, — значит, он никак не мог убить Джейн Нил. Он не виновен в ее смерти. Равно как и вы. Факт наличия стрелы подтверждает это. А теперь мы хотим услышать от вас правду.

Но Крофт по-прежнему колебался, опасаясь ловушки и боясь отказаться от своей выдумки.

— Мистер Крофт, не будем терять времени, — тоном, не допускающим возражений, заявил Гамаш.

Крофт кивнул. Он был слишком растерян и обескуражен, чтобы испытывать облегчение. Пока.

— Ну хорошо. Вот как все было на самом деле. За день до этого случая мы с Филиппом крепко повздорили. Из-за какой-то ерунды, сейчас даже не вспомню, из-за чего именно. На следующее утро, когда я проснулся, Филиппа не было. Я боялся, что он сбежал из дома, но примерно в 7:15 он влетел во двор на своем велосипеде. Я решил не спускаться к нему, а подождать, пока он сам подойдет ко мне. Это было ошибкой. Потом я узнал, что он прямиком направился в подвал с луком и стрелами, после чего принял душ и переоделся. Он так и не подошел ко мне, а весь день просидел у себя в комнате.