Что скрывал покойник

Едва они вошли на кухню, как услышали пронзительный крик.

Питер распахнул дверь в темноту. Трое мужчин одновременно бросились вниз по ступенькам.

Клара перекатилась по полу, и в следующее мгновение услышала, как Бен с разбегу врезался в стену. Он впечатался в нее со всего маху, и Клара поняла, что ошибалась. Он быстрый, еще и какой. Но теперь об этом следовало говорить в прошедшем времени. Подвал от удара содрогнулся. А потом Клара услышала еще один звук.

Грохот рушащихся ступенек.

Казалось, все происходит как в замедленной съемке. Фонарик старшего инспектора ударился об пол, мигнул и погас, но Гамаш успел увидеть Бювуара, распростертого на обрушившейся лестнице. Гамаш попытался отскочить в сторону, и ему это почти удалось. Одна нога у него попала между ступеньками, и когда он перенес на нее вес всего тела, то услышал и почувствовал, как она с треском ломается. Вторая нога попала на что-то более подходящее, хотя не менее шумное. Гамаш еще успел услышать, как взвыл от боли Бювуар, и тут на них рухнул Питер. Он как будто нырял «ласточкой», головой вперед, и Гамаш почувствовал, как их головы со стуком ударились друг о друга. Перед глазами у него вспыхнули разноцветные круги, осветив, кажется, не только подвал, но и всю Вселенную. А потом он потерял сознание.

Он вскоре пришел в себя и обнаружил, что на него смотрит Клара и лицо ее искажено страхом. Она буквально излучала ужас. Он попытался встать на ноги, чтобы защитить ее, но не мог даже пошевелиться.

— Шеф? С вами все в порядке?

Гамаш повернул голову. Перед глазами у него все плыло, но он все-таки разглядел Бювуара, который тоже смотрел на него сверху вниз.

— Я вызвал помощь по сотовому.

Бювуар наклонился и взял Гамаша за руку. Всего на мгновение.

— Я в порядке, Жан Ги. А вы? — Он всмотрелся в обеспокоенное лицо заместителя.

— Я решил, что на меня обрушился слон.

Бювуар слабо улыбнулся. Из его нижней губы сочилась тоненькая струйка крови, и Гамаш поднял дрожащую руку, чтобы стереть ее.

— Ты должен быть осторожнее, малыш, — прошептал Гамаш. — Питер?

— Я застрял, но в остальном все нормально. Вы ударили меня головой.

Сейчас был неподходящий момент для споров о том, кто кого ударил.

— Вот, опять. Шуршание.

Клара нащупала фонарик, что было теперь не так уж трудно, поскольку подвал был буквально усеян и фонарями, и мужчинами. Она принялась судорожно размахивать им. Луч света метался по потолку, по полу, и ей отчаянно хотелось, чтобы он мог не только светить. Небольшой компактный огнемет был бы сейчас очень кстати. Она крепко вцепилась в руку Питера сломанными пальцами, отдавая ему физическую боль в обмен на поддержку.

— Бен? — прокаркал Гамаш, надеясь, что скоро наступит момент, когда он сможет без труда произносить связные предложения.