Что скрывал покойник

Она расплакалась и, обессиленная, опустилась на мокрую землю. Ее захлестнули эмоции, которые не имели ничего общего с неудачной стрельбой из лука. В ту же секунду Маттью Крофт упал на колени рядом с женой и обнял ее, успокаивая. Гамаш схватил Бювуара за руку и отвел в сторону. В его голосе звучала настойчивость.

— Нам нужно попасть в подвал. Я хочу, чтобы вы предложили им сделку. Мы не станем забирать Филиппа в полицейский участок, если они прямо сейчас отведут нас в свой подвал.

— Но ведь мы должны поговорить с Филиппом.

— Согласен с вами. Но сейчас приходится выбирать, что для нас важнее.

Попасть в подвал мы сможем только тогда, когда пообещаем им что-то такое, в чем они отчаянно нуждаются. Они хотят защитить своего сына. Мы не сможем сделать два дела одновременно, так что, на мой взгляд, это будет лучшим выходом для всех.

Бювуар раздумывал об этом, наблюдая, как Крофт успокаивает жену. Старший инспектор был прав. Разговор с Филиппом, скорее всего, действительно может подождать. А вот то, что находилось в подвале, почти наверняка ждать не будет. После неудачного опыта стало ясно, что миссис Крофт умеет обращаться с луком и стрелами, но именно из этого конкретного лука она не стреляла.

Где-то должен быть еще один, с которым она привыкла управляться. И как раз этим луком мог воспользоваться Филипп. Он потянул носом и уловил запах дыма, по-прежнему струившегося из трубы. Инспектор от всего сердца надеялся, что они не опоздали.

Питер и Клара выгуливали Люси. Они шли по тропинке, которая вела через лес, а потом на другой берег реки Белла-Белла, напротив их дома. Перейдя через небольшой мостик, они спустили собаку с поводка.

Но та трусила рядом, никак не реагируя на море новых запахов. Дождь прекратился, но густая трава и земля насквозь пропитались влагой.

— Метеорологический прогноз обещает ясную погоду, — пробормотал Питер, пиная подвернувшийся камешек.

— И похолодает, — согласилась Клара. — А скоро вообще ударят сильные морозы. Надо будет прибрать в саду и подготовиться. — Она зябко обхватила себя руками. — Я хочу задать тебе один вопрос. Собственно, мне нужен совет. Помнишь, я подходила к Иоланде?

— За ленчем? Да, помню.

Зачем ты это сделала?

— Ну, потому что она племянница Джейн.

— Не увиливай. Так зачем?

— Я хотела высказать ей соболезнование…

— Но ты прекрасно знала, чем все это закончится. Для чего тебе понадобилось подходить к ней, когда известно, что эта женщина способна причинить тебе боль? Для меня невыносимо видеть, как ты проделываешь это с собой, ведь ты раз за разом наступаешь на одни и те же грабли. Это похоже на мазохизм или помешательство.

— Ты называешь это помешательством, а я — оптимизмом.