Чудовище

— Почему ты кричишь как безумный, Ульвар?

— Не вмешивайся не в свое дело, — прошипел он в гневе, чувствуя, что весь обливается потом и что постель под ним мокрая.

— Я просто хотел помочь тебе выбраться из кошмара.

Ульвар встал, чтобы переменить белье. Повернувшись спиной к брату, он дал ему понять, что не желает вести разговор дальше.

Потому что теперь он интуитивно понял, кто преследовал его. Это должен был быть Тенгель Злой! Возможно, он хотел сказать Ульвару что-то важное. Но этот глупый, никчемный…

Он замер, держа в руках простыню.

Возможно, Тенгелю Злому он понравился! Возможно, он был выбран своим злым предком для выполнения важного поручения.

Одно он знал наверняка: Тенгель Злой был грозным союзником. Он был настоящим чудовищем.

По спине Ульвара снова заструился пот, и он невольно поежился.

С этого дня Ульвар изменился.

Он и раньше доставлял всем неприятности, представляя собой явную опасность для окружающих. Но все это было просто «грохотом пустой бочки».

Теперь же он стал просто неуправляемым. Все устрашающие черты, присущие меченым, вышли наружу.

Он достаточно начитался уже истории Людей Льда, он не хотел больше тратить на это время.

И неважно, что он так и не добрался до описания того, как были вызваны из потустороннего мира призраки. Ведь ни Хейке, ни Винга не оставили записей надлежащих ритуалов, так что он ничему не смог бы научиться. Он знал также, что ему не добраться до сокровищ, поскольку они хранились не на Липовой аллее или где-то поблизости. Однажды ему удалось подслушать, что сокровища эти находятся в каком-то банковском сейфе в городе. Разумеется, никто не рассчитывал на то, что он услышит эти слова, но он не пропустил мимо ушей ни одного слова. Еще он услышал о том, что никто из посторонних не может проникнуть в секретное помещение, где стоят сейфы.

По части открывания замков Ульвар был большим специалистом. И открыть сейф было бы для него пустяком.

Но теперь перед ним стояла другая цель: сослужить службу своему страшному господину. А это можно было сделать лишь с помощью флейты.

Вот черт! Это было вовсе не так легко!

Ульвар до изнеможения размышлял об этом. Он безнадежно уставился на свесившуюся над канавой иву. Дело уже шло к рождеству, кору снять в такое время года было невозможно.

И, кстати, на такой простенькой флейте он мог бы взять лишь две жалкие ноты: одну при закрытом отверстии, и другую при открытом.

Да и что это были бы за звуки! Сплошной скрежет!

Однажды утром Вильяр пришел с Липовой аллеи и спросил, не найдется ли у него время поставить с ним сети на озере. Они издавна рыбачили там, когда им принадлежал еще Элистранд, расположенный на берегу. Ульвар был вовсе не расположен к этому и с удовольствием послал бы Вильяра к черту. Но ему все равно нечего было делать.