Чужих не жалко

Взял косметичку в руку, только остановившись у Лениного подъезда.

Поднявшись в квартиру, по уже установившейся привычке сразу пошел к портрету, постоял. Хотелось немедленно вернуться домой, и он помедлил перед тем, как снять куртку.

Делать здесь было решительно нечего.

Игорь положил косметичку на стол в Лениной комнате, подумал и зачем-то переложил в один из ящиков стола.

Опять повернулся к портрету, посмотрел в лицо дочери, вернулся в комнату тещи и, быстро надев куртку, вышел и запер квартиру.

Он хотел, чтобы убийца был пойман и наказан. Он этого очень хотел, но понимал, что сам найти убийцу не сможет, а все его попытки сделаться сыщиком выглядят просто глупо.

На кладбище он поехал, чтобы потянуть время.

У входа купил букетик искусственных цветов и медленно пошел к могиле.

На свежем холмике лежали оставшиеся после похорон венки. Лежали аккуратно: Игорь заплатил кладбищенским рабочим, чтобы следили за могилой.

Рядом с венками в землю был воткнут букет крупных роз. Розы были свежие, они не могли так хорошо сохраниться с похорон.

Его искусственный букетик рядом с розами выглядел жалко.

Никакого значения не имело, кто принес эти розы, но он достал телефон и, глядя на слабо трепещущие на ветру лепестки, набрал старую тещину приятельницу.

– Здравствуй, Игорь.

– Здравствуйте. Надежда Тихоновна, простите, вы ездили к Лене на кладбище?

– Да, – женщина говорила тихо, спокойно. – Мы ездили с Костей. Он прилетел в Москву всего на сутки, только и успели, что на кладбище съездить. Перед Новым годом он вернется насовсем.

– Почему вы мне не позвонили? – вырвалось у Игоря.

Он был для собственной дочери чужим. Поэтому и не позвонили.

Упрекать Надежду Тимофеевну было бессмысленно. Упрекать надо было себя.

– Позвонить тебе, когда Костя вернется?

Скорее всего, ему не о чем будет говорить с Лениным женихом через полтора месяца.

В общем-то, Игорю и сейчас не о чем с ним говорить.

Желание немедленно попасть домой, в уют, к Лиле, пропало. День был не холодный, и ветер не резкий, но Игорь зябко передернул плечами.

Мимо по тропинке прошла женщина с черным платком на голове. На вид лет сорока, с заплаканными глазами.

На похоронах Лены не плакал никто.

Игорь отвернулся от могилы и побрел к выходу.

Желтые листья падали на асфальт, шуршали под ногами.

Надо выяснить, как Лена познакомилась с художником, вяло напомнил себе Игорь.

Он понятия не имел, как работают живописцы, но неожиданно подумал, что у художника могли остаться какие-то эскизы, наброски к портрету. Едва ли художник перед тем, как начать наносить краску на холст, не сделал какой-то набросок.

Игорь остановился и снова достал телефон.

Иван позвонил, когда Стася решила сделать перерыв. Она успела неплохо поработать и была очень собой довольна.