Чужих не жалко

Он провел пальцами по ее шее. Спуститься ниже мешала пуговица, он расстегнул ее.

Кожа у нее была нежная и теплая. Он приподнял волосы, пропустил через свои пальцы.

– Игорь, ты совершаешь ошибку!

Она говорила не о том, что он сейчас делал. Она говорила о Лиле.

У нее были очень белая кожа и нежные губы. Игорь испугался, что оставил на губах синяки, когда от нее оторвался.

Синяки не проступили, он оказался не очень грубым.

Проснулся Иван с тоскливым предчувствием, что правды о смерти Егора никогда не узнает: версия, упорно выстраивающаяся в голове, ошибочная, он только напрасно теряет время.

Еще накануне казалось, что решение где-то рядом, нужно только еще немного над ним поработать, сейчас вчерашняя версия виделась примитивной, такой, о которой даже рассказать стыдно.

Анастасии никто не ломал машину, это обязательно стало бы известно. Ее никто не подрезал на дороге, Иван верил мужикам, с которыми разговаривал на месте аварии.

Егора убили по какой-то другой, не связанной с Анастасией, причине.

Черт… Соня уверена, что вино принесла девушка.

От предчувствия неудачи Иван злился.

– Не в духе? – угадала Соня.

– Не в духе, – мрачно подтвердил Иван, злясь даже на то, что жена видит его насквозь.

Если бы не видела, злился бы еще больше.

Он принялся просматривать новости. Ничего особо знаменательного не произошло, но и того, что стало привычным, хватало. Доходы населения падают, цены растут. Экономическая ситуация не обнадеживала, политическая и вовсе удручала.

Иван стал думать, как построит очередной стрим. Повторяться не хотелось, а новых идей не было.

Он давно был уверен, что ничего нового предлагать не надо. Человечество все уже придумало. Там, где власть сменяема и открыта для критики, народ живет хорошо. Там, где диктатура и сплочение против внешнего врага, люди живут в нищете и бесправии.

Примеров этому столько, что перечислять замучаешься.

Об этом и буду говорить, решил Иван.

У Сони зазвонил телефон. Она вышла в другую комнату, чтобы не мешать Ивану.

– Ничего нового… – говорила Соня. – Иван считает…

Что он считает, Иван не расслышал.

– Кто звонил? – спросил он жену, когда она вернулась.

Иван принялся накидывать план стрима.

Егор и Станислава казались счастливой парой. Станислава однажды поехала туда, куда не надо было, и счастливой пары не стало.

И Анастасии не стало, когда она поехала куда-то на ночь глядя.

Теперь телефон зазвонил у него. Иван из комнаты выходить не стал, ответил журналисту и приятелю Соколову, немного отъехав в кресле от стола.

– Ты обещал позвонить, если узнаешь что-то про Бережкову, – упрекнул Влад. – Почему молчишь?

– Потому что ничего не выяснил.

– Ни за что не поверю! – засмеялся Влад. – Что-нибудь наверняка выяснил. Колись!

– Ей-богу, Влад. Нечего рассказать.