Чужой среди своих 2 (СИ)

— Что⁈ — комсорг аж из-за стола привстаёт, нависая надо мной, — Тебя комитет комсомола достойным считает!

Но я, пусть и не играл в комсомольские игры, про психологическое давление знаю побольше школьника…

… а ещё прекрасно понимаю, какие могут быть последствия как в одном, так и в другом случае.

Вступить я могу хоть в комсомол, хоть в говно, но, с моей национальностью и биографией моей семьи, в комсомоле мне придётся быть святее Папы Римского, послушно поддерживая и осуждая.

Иначе… нет, отбиться-то я могу! Технически. Дескать, как смеете вы вспоминать прошлое моей семьи, когда отца реабилитировали по решению суда… с еврейством аналогично.

Но это — именно что технически, а так — сорваться боюсь. Начнут меня прорабатывать, так ведь не факт, что сдержусь! Я ж местные правила игры хотя и понимаю (не все и не всегда!), но придерживаться их постоянно просто не могу!

А уж вешать на себя дополнительные обязательства, в смутной надежде, что моё участие в комсомоле при поступлении в ВУЗ перебьёт мою национальность, смешно и глупо. Для это надо не просто… вступить, но и, скажем так, показать активную гражданскую позицию! А на это, боюсь, меня не хватит…

— Савелов, — вступает бульдожка вторым голосом, — мы чего-то не понимаем⁈

— Да… — моему выдоху может позавидовать телящаяся корова, и следующие несколько минут я делюсь со старшими товарищами своими сомнениями о еврействе, происхождении семьи…

— … а особенно сейчас, понимаешь? — расстроено шмыгая носом, рассказываю Павлу, — Ну, с этими событиями…

— Я, конечно, в первую очередь советский человек! — перебиваю сам себя, — Но ведь и национальность, она ж никуда…

— А если кто-то начнёт говорить… — начала было бульдожка, не уловившая, в отличие от молчащего шефа, моего настроения.

— Так будут! — вопию я, — Будут же! А я же это…

Потирая кулаки с набитыми костяшками.

— … с рабочего посёлка, — добавляю чуть смущённо, — могу и того… резко отреагировать! Мне здесь так пока…

Смущаюсь немного напоказ, и, потирая кулак, добавляю, потупившись и бубня в пол:

— Слишком интеллигентно! Такие все… вежливые! А я хоть и этот… но попроще привык и если что не так — в морду! Привычка!

— В морду, пожалуй, не надо! — засмеялся Павел.

— Вот и я так думаю, — хмыкаю смущённо, — а так-то конечно… но давайте позже поговорим, ладно?

— Ну, давай, — согласился комсомольский вожак, снова привставая из-за стола и пожимая руку, — позже поговорим.

— Но шахматы… — не верящее произносит бульдожка, — ансамбль Локтева…

Прикрыв за собой дверь, приваливаюсь спиной к стене, переводя дух.

Вяло вскидываю руку, приветствуя Льва, с которым мы после того случая не то чтобы сдружились, но всё ж таки общаемся, раз уж не только в одну школу, но и в один шахматный кружок ходим.