Contra spem spero

… От Анджихува на Живец вообще такая дорога ведёт — мама не горюй! А тут мы по трассе до Рабки-Здруй промчимся, а потом уйдём на Трстену — дорога хоть и узковатая пойдёт, но зато почти без населённых пунктов. Да и горы там пониже… Ты номера этого буса можешь срисовать? Если так не видишь — включи третий глаз.

Штурман деловито кивнул.

— Сейчас сделаем. — Включив заднюю телекамеру, Токарь увеличил картинку и записал в блокноте считанный номер. — Готово!

Сердюк полуобернулся назад.

— Андрюха, скинь-ка, будь ласка, Крапивину номерок — пусть пробьет, кто это тут за нами увязался…. Женя, передай шефу доблестно добытые данные.

Токарь протянул капитану Кулешову свой блокнот, тот, включив ноутбук (экран компьютера замерцал в полумраке салона «мерседеса», как волшебное зеркало из детской сказки) и, пощёлкав по клавишам его клавиатуры, ввёл цифры и буквы номера «рено» — и, нажав «отправить», кивнул.

— Ушло. Вадим, ты точно уверен, что он тронулся за нами?

— Ну, уверен не шибко…. Но вот в том, что он за мной на Вадовице чуть не луканулся — это сто процентов.

Кулешов пожал плечами.

— Боснийские номера…. Может, просто заплутал?

— Всё может быть. Но, как говорится, «береженого Бог бережет, а небереженого конвой стережёт». Когда из конторы ответ придёт?

— А хрен их знает.… В Москве уже десятый час, все уже на местах, думаю, минут за десять управятся.

Впереди показалась развилка — основная трасса уходила влево, на Закопане, семьдесят седьмая дорога, которая нужна была «московским менеджерам» — вправо, на погранпереход Трстена. Водитель, полуобернувшись, бросил:

— Я сейчас его ещё раз испытаю. Чтоб уже без гаданий! — и, перестроившись в левый ряд, повернул микроавтобус на Закопане. Белый «рено» повторил манёвр.

— Ну а сейчас мы тебя, дружок, проверим на вшивость! — и с этими словами Сердюк, резко затормозив, через сплошную белую линию вывернул на встречку и, с трудом развернувшись (переднее колесо чиркнуло об отбойник), повёл машину в обратном направлении. К его удивлению, белый «рено», как ни в чём ни бывало, продолжил движение на Закопане — даже не сделав и намёка на попытку развернутся.

Сердюк озадаченно почесал затылок.

— О как! И что это значит?

Капитан Кулешов иронично бросил:

— Это значит — пуганая ворона куста боится! — А затем, обернувшись к своему напарнику, спросил: — А ты Саня, что думаешь по этому поводу?

Мирно дремлющий на широком кресле капитан Гонт пробормотал полусонно:

— Хватит вам уже хернёй маяться…. Бусы вам мерещатся…. Засады…. Погони.… Заплутал босняк, в Польше это — запросто. — После чего, повернувшись набок, Гонт затих — предпочтя бесцельной, с его точки зрения, дискуссии самый лучший способ скоротать долгую дорогу.

Но Сердюк не унимался.