Деликатесы Декстера

Мы идем к пыльному шкафу в моем кабинете и складываем кое-какие вещи в спортивную сумку.

Потом мы заходим в гостиную, где Рита и дети смотрят телевизор, и на руках у Риты спит Лили-Энн.

Я замираю, глядя на нее, уткнувшуюся лицом в теплую грудь матери, и на несколько долгих секунд это зрелище оказывается сильнее, чем голос взывающей ко мне луны.

Но мы делаем следующий вдох и вместе с воздухом в нас вливается музыка этой прекрасной ночи, и мы вспоминаем: это ради нее мы собираемся сделать то, что должны. Ради Лили-Энн, ради всех Лили-Энн, чтобы мир, в котором они растут, стал хоть немного лучше. Мы вспоминаем это, и к нам возвращается наша хищная радость, а за ней — ледяное самообладание.

Мы наклоняемся и целуем в щеку мою жену.

— Мне нужно сходить по делам ненадолго, — говорим мы, очень хорошо подражая голосу Декстера-человека.

Коди и Эстор настороженно выпрямляются, когда слышат нас, широко распахнутыми глазами они смотрят на спортивную сумку, но мы бросаем на них только один взгляд, и они хранят молчание.

— Что? А… Но ведь… Хорошо, если ты… Ты не мог бы купить молока по дороге? — говорит Рита.

— Молока, — отвечаем мы, — хорошо.

Мы выходим на улицу, провожаемые восхищенными взглядами Коди и Эстор, которые знают, куда мы собрались. Сразу же нас окутывает теплое покрывало отливающего металлом лунного света, нависшее над этой Ночью Долга и Необходимости.

Оно укрывает нас и бережет для того, что мы сделаем сегодня ночью, обязаны сделать. Мы скользим во тьме за человеком, который будет лучшим подарком для нашей сестры, намереваясь исполнить желание, о котором знаем только мы. За тем, кого только мы можем ей подарить.