Дерзкий морпех

«Твою мать», – про себя выругался Егор Кутягин и только сейчас сообразил, что он находится не на борту боевого корабля, а в полутемном десантном отсеке транспортного «Ана», и слышит шум его моторов. А рядом сидят два десятка его разведчиков, навьюченные парашютами, рюкзаками и оружием. Время от времени кто-то из морпехов вопросительно поглядывал на кормовую аппарель, ожидая сигнала к десантированию.

По возвращении в Севастополь Кайман составил подробный рапорт на имя начальника разведотдела флота. Через месяц командующий вручил ему орден Мужества, а еще через три он же предложил слетать на Кавказ. Егор согласился.

Тряхнув головой, отгоняя остатки дремы, он посмотрел на сосредоточенные лица своих подчиненных и подумал: «Вот переворачивается очередная страница моей биографии».

Из кабины пилотов пружинистой походкой вышел бортинженер и громогласно объявил: – Господа рейнджеры, мы в точке. Приготовиться к высадке. – Надавив кнопку электромотора, он устремил долгий взгляд в хвост самолета, наблюдая, как послушно опускается кормовая аппарель.

На разведчиков уставилось черное бездонное небо. В десантный отсек потянуло пронизывающим холодом. И звуком хлыста прозвучала команда бортача:

В ночном небе загадочно перемигивались миллиарды звезд, как вдруг, будто из ниоткуда, появился дугообразный купол парашюта, затем еще один, и еще, и еще… Два десятка серых куполов, растворяющихся на фоне ночи, поплыли вниз.

На небольшую лесную поляну первым приземлился прапорщик Латышев. Со сноровкой профессионального парашютиста он отстегнул висящего под ним снайпера, затем погасил купол парашюта и стал быстро его собирать. Рядом один за другим приземлялись другие разведчики.

Не дожидаясь команды, они быстро собирали парашюты и тут же прятали их на окраине поляны. Закончив операцию без излишней суеты и спешки, бойцы выстроились в центре поляны.

Возле Кутягина стояли лейтенант Крецул и прапорщик Латышев. Капитан-лейтенант взглянул на циферблат наручных часов и произнес:

– Действуем по плану, если не возникло других идей и предложений.

– Ясно, – кивнул Латышев, Крецул промолчал.

Прапорщик подошел к выстроившимся разведчикам.

– Все собрались. Попрыгали. Ничего не звенит?

Это было аксиомой фронтовой разведки с незапамятных времен. Отправляясь в стан врага, пластуны-лазутчики таким образом выявляли лишние звуки, которые могли стоить жизни.

Разведчики вразнобой запрыгали на месте. Те, кто обнаруживали посторонние звуки, стали быстро подгонять экипировку. Когда все было завершено, Егор Кутягин одобрительно кивнул.

– Дозором идут Тимко и Латышев, – капитан-лейтенант указал на снайпера, стоящего во главе шеренги.