Дерзкий морпех

Мусса Шеравин шагнул внутрь, внимательным взглядом окинул стены и потолок, откуда белыми нитями свисали пробившиеся сквозь горную породу корни дикого винограда. Медленно повел головой влево. Только опытный глаз мог разглядеть занавес из мешковины, прикрывающий проход в боковую нишу. Здесь следовало быть предельно осторожным. За развешанной тряпкой была установлена осколочная мина в паре с мощным фугасом, который при взрыве должен был уничтожить сложенные боеприпасы.

Прежде чем сорвать мешковину, Хаджибей отстегнул тонкую проволоку растяжки. Фугас разминировать было куда сложнее, он имел три взрывателя и механизм неизвлечения. Обезвредить такую мину мог только тот, кто ее устанавливал. К счастью, это был сам Шеравин…

Сорвав занавеску, Мусса негромко свистнул, и сразу же в пещере стало тесно от множества боевиков. То, что они увидели, заставило учащенно забиться сердца. Все пространство ниши было заставлено деревянными ящиками стандартного ядовито-зеленого цвета. Вдоль стены были установлены контейнера с противотанковыми ракетами «Фагот». Рядом с ними аккуратно, как дрова в поленнице, выложены одноразовые гранатометы и реактивные огнеметы. Дальше шли коробки с пулеметными лентами, возле которых, тускло поблескивая смазкой, лежало полтора десятка автоматов.

– Вах-х, – протяжно выдохнул стоявший позади Муссы Медведь. – Здесь оружия хватит на хорошую, но короткую войну.

– Главное, не сколько оружия, а как ты его можешь использовать, – тихо ответил полевой командир, потом распорядился: – Выносите все наружу.

«Распатронивание» тайника заняло около часа, потом все привели в прежнее состояние, чтобы скрыть следы пребывания боевиков в ущелье. Нагрузившись оружием, вайнахи двинулись в обратном направлении. Утренний туман рассеялся, и теперь приходилось соблюдать еще большую осторожность.

Обливаясь потом под тяжестью опасной поклажи, боевики не забывали поглядывать в небо. В любой момент там мог появиться вертолет или беспилотный разведчик «Шмель», а это обозначало бы смерть для всего отряда. Но, к счастью, небо по-прежнему оставалось безжизненным и пустынным.

Вслед за несущими боеприпасы вайнахами стали отходить и группы прикрытия, получившие условный сигнал.

– Эмир, – когда они наконец достигли выхода из ущелья, навстречу Хаджибею бросился Эльбрус. В глазах немолодого чеченца Мусса прочитал растерянность.

– Что еще случилось? – спросил он устало, опуская на землю увесистый ящик с патронами.

– Наш радист засек сигнал по президентскому каналу. Это Пуштун, он срочно вызывает тебя.

«Президентский канал» – так называлась радиочастота, которую выбрали для экстренной связи между отрядами. На ней всегда можно было связаться с нужным полевым командиром.