Дерзкий морпех

Из леса никто не выходил, но моряки знали – там затаился враг…

Сабир по рации связался с Касимовым. Приложив к голове наушники, он быстро заговорил по-чеченски.

– Я их нашел, эмир. Но взять будет очень трудно, русские засели за стенами старой заставы. Без тяжелого оружия их не выковырить.

Ахмед Касимов находился в этот момент в бункере, сотрясающемся от разрывов тяжелых артиллерийских снарядов.

– Я отправлю к тебе несколько минометов. Все, что могу. Ты пока веди переговоры, предлагай им сдаться, обещай жизнь, свободу. Все, что угодно. Если они мальчишку отдадут, пусть хоть до старости там сидят.

– Хорошо, эмир, я все сделаю, как надо, – пообещал помощник полевого командира. – Только с минометами надо поторопиться.

Погоня за русской разведгруппой не прошла даром для преследователей. Все моджахеды были изрядно измотаны долгим подъемом на гору. Бросаться с ходу на штурм было верхом недальновидности и даже глупости.

Отключив радиостанцию, Сабир вытащил из кармана некогда белую тряпку и, подняв ее над головой, вышел, выкрикивая на ломаном русском языке:

– Эй, русские, не стреляй. Разговор есть…

– Командир, кажись, парламентария нам посылают, – наблюдая сквозь поросшую многолетним мхом бойницу, проговорил Латышев.

– Это не парламентарий, Леша, а парламентер, – поправил прапорщика Егор Кутягин.

– А по мне один хрен, дармоеды, – огрызнулся беззлобно Алексей, потом добавил: – Чего он хочет, вражина?

– Выясним, – проговорил Кутягин, уперев о стену автомат и расстегивая ремень с подсумками. – Ясно одно: сюда его пускать нельзя. Моментом срисует, сколько нас здесь.

– Не срисует, – успокоил его Латышев. – Да ты никак, командир, собрался на переговоры?

– Так не пойдет, – покачал головой прапорщик. – Ты стратег, должен руководить всем имеющимся в наличии войском. А переговоры позволь вести менее значимым фигурам.

– Тебе? – усмехнулся капитан-лейтенант.

– Хоть бы и мне, – с вызовом проговорил Алексей.

– Только смотри не переусердствуй.

На встречу чеченскому парламентеру прапорщик вышел без оружия, бронежилета и подсумков. Двигался легко, вразвалочку, засунув обе руки в карманы мешковатых камуфлированных штанов.

– Привет, – нагловато щурясь, первым поздоровался Латышев.

– Ты кто? – грозно спросил Сабир, решив вести переговоры с позиции силы.

– Дед Пихто, – усмехнулся прапорщик. – Чего звал?

– Если ты контрактник, тебе нужно быть посговорчивей, мои джигиты не любят наемников. Башка им режут.

– Короче, Склифосовский, чего надо? – улыбка сползла с лица Алексея Латышева.

– У меня пятьсот бойцов, – быстро заговорил Сабир. – Вас не больше десятка. Если сейчас сдадитесь, гарантирую жизнь, если нет – на куски порежем живьем. Ваши жены и матери слезами захлебнутся.