Дерзкий морпех

Вершина вала изрыта окопами полного профиля, закрытыми ходами сообщения, колпаками долговременных огневых точек, оснащенных автоматическими гранатометами и крупнокалиберными пулеметами.

По углам вала были вырыты капониры для бронетехники, из которых БМД и БТРы могли держать под перекрестным огнем весь периметр базы.

С гор, которые находились на расстоянии двух километров, база походила на старинный бастион. Мрачный и безлюдный, неживой. Но за прочным защитным валом шла своим чередом отлаженная и вполне цивилизованная жизнь военного гарнизона.

Морпехи здесь расквартировались еще зимой, когда загнали в горы последние банды сепаратистов.

Теперь вместо продуваемых всеми ветрами палаток там были выстроены длинные, похожие на бараки, казармы, для безопасности от минометного огня врытые в землю едва ли не по самые крыши.

В остальном командование старалось придерживаться стандартов военных городков. Возле каждой казармы были выстроены беседки курилок. Все переходы связаны дорожками с побеленными известью бордюрами.

Чуть дальше, сразу за жилыми постройками, тянулись склады, также обнесенные защитными квадратными валами и напоминающие крепостные редуты. В центре базы находился спортгородок, возведенный из подручных материалов, и широкая площадка бригадного плаца, за которой разместился штаб. Вернее сказать, штабной бункер, врытый на два этажа в землю, укрепленный железобетонными плитами и способный выдержать обстрел тяжелой артиллерии. В бункере находились все командные функции управления бригадой: сам штаб, узел связи и комендантский взвод, который неустанно нес круглосуточную охрану.

Командир бригады полковник Серебряков был на Кавказе во второй раз. В первую чеченскую войну он командовал батальоном ТОФ, теперь же полученный с тихоокеанцами боевой опыт комбриг использовал в полной мере.

Кутягин и дежурный по штабу быстрым шагом пересекли плац и вышли к лестнице, ведущей в подземелье штабного бункера. Часовой из комендантского взвода, увидев издалека капитан-лейтенанта, привычно взял «на караул». Егор приветливо кивнул головой и, ухватившись за скобу, потянул на себя тяжелую бронированную дверь, по просьбе комбрига доставленную с Балтийского флота, от линкора «Октябрьская революция».

После яркого дневного сияния оказавшись в тесном помещении, освещенном лишь бледно-желтыми маломощными лампочками, разведчик несколько секунд потратил на адаптацию, прежде чем опустить ладонь на поручень лестницы, ведущей в подземелье. Металлические ступеньки неприятно завибрировали под берцами капитан-лейтенанта.

В бункере было темно и душно. Все пространство штабного кабинета занято столами, планшетными картами, вокруг которых склонились офицеры боевого планирования бригады.