Измена. Ты пожалеешь... (СИ)

И потакаете капризам младшей дочери…

— Нет, Владислав… Капризам я потакала ранее, и это были капризы старшей, в желании поехать учиться подальше, вот там и испортила мою девочку эта самостоятельная, взрослая жизнь, — вздыхает теща.

— Ну что вы, — усмехаюсь я. — Вы не правы. Ева и до отъезда на учебу выдавала… Если вы этого не замечали за своей тотальной занятостью, то…

— Смеешь винить меня и мужа за то, что работали, не покладая рук, и тянули троих детей? Надо было, наверное, за воротник закладывать, как твои родители! — говорит она сердито. — Зато теперь шибко правильные стали. Стеша остается, если хочет. Места нам хватит… Стеша умная девочка, и я уверена, она сделает правильный выбор, и мы ее поддержим.

— Так же поддерживаете Лизу в ее упрямстве не идти на контакт со мной?

— Ох нет, Владислав… С этим ты и сам прекрасно справляешься. Без чьей-либо помощи со стороны… Все кругом только и судачат, что ты собираешься купить старое поместье с историей… Но и долгами кошмарными. Многие на него облизываются, но все решаются выкупить.

Вот как…

Как из одного похода на день открытых дверей, где была и Ева, можно было раздуть подобную сплетню?

Не сама ли Ева эти слухи и запустила, а?!

Скорее всего, так и есть!

***

Вечер ни к чему так и не привел.

Все беседы, как об стену — горох!

Лиза морозится, младшая дочь осталась у бабушки с дедушкой. Варя виновато вздыхает.

— Я старалась, как могла, — говорит она в итоге, думает и потом спрашивает. — Все-таки это очень… неприятно было слышать! От Стеши… Будто она начнет строить глазки моему Грише! — добавляет с сильным волнением. — Мне даже захотелось надавать ей… по щекам. Несмотря на то, что она — моя сестра. Я думаю… Ты не прав, папа. Такие ссоры не должны случаться в семье.

Хоть один положительный плюс есть в той заднице, которая творится вокруг нас. У старшей дочери… мозг включился!

Кажется, настала пора поговорить с Евой.

Серьезно.

Чтобы не распускала сплетни!

И, черт возьми, вернуть домой жену!

Глава 29. Ева

— Макс, милый, спасибо тебе, конечно, огромное…

— Обращайся, Ев.

— Не перебивай, пожалуйста, — говорит Ева хорошо поставленным голосом. — В следующий раз, согласуй со мной фотографии, планируемые для размещения в новостях и социальных сетях.

— Что не так?

— То есть, ты не понимаешь? Я стою к камере левой стороной. Это мой самый неудачный ракурс.

Ева рассматривает фото, вглядывается в него пристальнее. И чем дольше она смотрит, тем сильнее, как ей кажется, видны недостатки. Шея выглядит старо, даже старшее возраста. Какое гадкое, уязвимое место — эта женская шея. По ней сразу все видно! Все эти брыли, вторые подбородки, кольца Венеры и прочие враги женской красоты сразу видны именно здесь, либо уродуют, либо нависают над ней, портя четкие линии.