Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

— С ума сошёл?! — вскрикиваю, почувствовав, что юбка ползёт наверх, оголяя бёдра. — Отпусти!

Упираюсь руками в каменные плечи, пытаюсь оттолкнуться, чтобы слезть с Высоцкого. Но он словно тисками меня держит, прижимая к себе.

Безрезультатно ёрзая на нём, я вдруг понимаю, что моё тело реагирует на это самым странным образом. Тысячи горячих искр разбегаются мурашками по коже. Следом ползёт тягучий жар, оседающий в нижней части тела.

Прислушиваясь к своим ощущениям, растеряно застываю и чувствую твердое возбуждение Максима.

— Что такое, Лисён? — тянет парень, поймав мой взгляд. — Хочется чего-то?

— Хочется! Быть как можно дальше от тебя! — гневно выкрикиваю. — Ты что думаешь, я стану одной из твоих девочек? Не мечтай даже!..

— Не «одной из», а единственной.

— …Угораздило же встретиться с тобой! Жила себе спокойно! Проблем не знала!.. — И оторопело замолкаю, с опозданием поняв смысл его слов. — Что ты сказал?..

Высоцкий усмехается и тянет руку к моей щеке, осторожно касаясь кожи.

— Сказал, что хочу, чтобы ты была моей единственной девочкой, — произносит пробирающим до мурашек хриплым голосом. — Я никого, кроме тебя не вижу, Лисён. И не хочу.

Его слова лишают дара речи.

Смотрю в зелёно-карие глаза и читаю в них искренность, которая обезоруживает меня, заставляя сердце трепетать.

Впервые вижу Максима таким открытым. Он не притворяется. Не играет.

Я безнадёжно тону в его глубоком серьёзном взгляде. И расслабляюсь, чувствуя нежные прикосновения загрубевших пальцев к щеке.

Не могу дать название своим эмоциям. Они обволакивают меня теплом, словно уютным пледом. Дыхание перехватывает, и почему-то хочется плакать. А ещё — улыбаться. Глупо, безмятежно.

Шмыгаю носом, сдерживая непрошенные слёзы.

Ведомая чувствами, поддаюсь вперёд, желая поцеловать парня. Но в последний момент замираю.

— Если я доверюсь тебе, то полностью, — шепчу, заглядывая ему в глаза. — Пообещай, что не обманешь. И всегда будешь честен, что бы ни случилось.

— Обещаю, Лисён, — не раздумывая, отвечает он, зарываясь пятернёй в мои волосы.

И, сократив расстояние между нашими губами, целует. Неторопливо. Бережно. Сладко. Будто хочет не только словами, но и действиями показать, насколько я важна для него. И что, кроме меня, ему больше никто не нужен.

Зажмуриваюсь от переизбытка эмоций и дрожу, чувствуя трепет в животе. Обнимаю шею Максима и с щемящей нежностью отвечаю на поцелуй.

Я верю Высоцкому. Верю!

Не было у него ничего с той глупой брюнеткой. Об этом свидетельствуют его руки, скользящие по моему телу с жадным голодом. Подтверждают губы, которые с каждой секундой становятся всё требовательнее и настойчивее.

Не могу даже мысли допустить, что это притворство. Сыграть такую одержимую страсть невозможно.