Дилемма Золушки

Или все-таки мог?

Ну вот, опять мы вернулись к бредовой версии с зомби!

– Жаль, что у нас нет его фото, – посетовала я. – Что мне стоило щелкнуть тогда в фастфудной? Хотела же еще, но постеснялась.

– Кого ты не щелкнула? Чье фото тебе нужно? – Крепкая рука легла мне на плечи.

Я и забыла, что Колян стоит рядом и слушает наши разговоры об истории, в которую не посвящен.

– Того китайца, чье ню мы сплавили Кружкину.

– А зачем тебе его фото? И откуда ты знаешь его имя? – В голосе мужа отчетливо прозвучало невысказанное подозрение, синие глаза потемнели, рука на моих плечах потяжелела.

– Спроси еще, молилась ли она на ночь, – с легкой ехидцей подсказала тетушка.

– Ах, не годишься ты на роль Отелло, Николя, не тот типаж. – Марфинька похлопала Коляна по локтю – выше не дотянулась.

– Вот не о том вы все, – обиделся тот. – Я хотел сказать, что у меня есть его фото. Снял этого вашего Бе на тот случай, если ты, Кыся, захочешь сделать постик в соцсети, да и забыл об этом…

– Бо, а не Бе! Давай фотку!

– На. – Бесценный муж вытянул из кармана смартфон, нашел в альбоме нужный снимок. – Вот ваш Бу.

Я подошла к мальчикам с девочкой и показала им фотографию в смартфоне.

Это был не профессиональный студийный портрет, конечно, – всего лишь снимок, сделанный исподтишка неопытным папарацци со смартфоном, – но лицо молодого азиата на нем оказалось вполне узнаваемо. Разве что чуточку перекошено – он как раз жевал.

– Не этот штрих забрал альбом?

– Не этот, – посмотрев, в один голос сказали мальчики.

А девочка презрительно добавила:

– Прекрасно. – Я вернула мужу его смартфон.

– И что же тут прекрасного? – Марфинька вместе с надеждой вернуть альбом утратила и хорошее настроение.

– Ну как же, ма шер? Мы обелили репутацию молодого человека. – Тетушка, добрая душа, легко нашла толику прекрасного. – Ван Бо не крал твой альбом.

– И он не зомби, – слегка разочарованно добавила Ирка.

Мальчики и девочка снова запели. Тетушка послушала и тихонько поделилась со мной недоумением:

– Удивительно! Когда поют – такие культурные молодые люди! А когда говорят своими словами – чисто дикари-папуасы из племени мумбо-юмбо, как Эллочка-людоедка.

– Вот она, облагораживающая сила искусства, – отговорилась я и зевнула, в последний момент успев прикрыть рот ладошкой, чтобы не выглядеть некультурной дикаркой. – Есть еще какие-то общие планы на сегодня? Если нет, предлагаю расходиться по домам, я уже нагулялась.

– Вы идите, а мы еще послушаем и денег ребяткам дадим. За спасение Марфы они не возьмут, так хотя бы за музыку им заплатим. – Тетушка открыла сумочку, достала кошелек, а заодно какую-то бумажку и попросила меня, кивнув на урну у ближайшего кафе: – Выбрось, пожалуйста.

Ненужная бумажка оказалась чеком.